Background

Традиции АА. Как они вырабатывались

Истории возникновения и развития принципов, которые считаются исключительно важными для единства и выживания АА.

В этой брошюре говорится об истории возникновения

и развития принципов, которые считаются исклю-

чительно важными для единства и выживания АА.

В предисловии Билла У. представлены «Двенадцать

пунктов, обеспечивающих наше будущее» в первона-

чальной форме. Во всех традициях, кроме второй, ори-

гинальный текст изменен или сокращен. В брошюру

включены две статьи Билла У. о традициях аноним-

ности: Одна, написанная, когда Содружеству было

одиннадцать лет, а другая - девятью гадами позднее.

Вместе они подкрепляют наши наиболее известные,

но, возможно, наименеее понимаемые традиции -

одиннадцатую и двенадцатую.

Предисловие

Билл У.

- 1955 -

Как нам, членам АА, лучше всего сохранить свое единство - вот

предмет обсуждения данной брошюры.


Когда алкоголик применяет Двенадцать Шагов Программы выздо-

ровления, прекращается его РАСПАД и начинается его ИСЦЕЛЕ-

НИЕ. Сила, которая теперь сохраняет его единым целым, превос-

ходит те силы, которые раздирают на части.


Точно такой же принцип применим и к каждой группе АА и к Ано-

нимным Алкоголикам в целом. До тех пор пока узы, удерживающие

нас вместе, будут гораздо крепче, чем силы, которые могли бы нас

разделить, все будет в порядке. Мы будем оставаться в безопасности

как движение - наше столь важ-ное единство сохранится наверняка.


Если каждый из нас как член АА сможет отказаться от обществен-

ного престижа; если как движение мы будем продолжать оставаться

бедными, избегая таким образом споров о крупной собственности и

как ею распоряжаться; если мы будем твердо отказываться от любых

союзов с политическими, религиозными и прочими организациями,

мы сможем избежать внутренних раздоров и общественной крити-

ки. Если как движение мы будем оставаться духовным объединени-

ем, озабоченным только тем, как донести наши идеи до наших стра-

дающих друзей, не требуя от них ни платы, ни обязательств, только

тогда мы сможем наиболее эффективно выполнить свою миссию.


Становится еще яснее, чем когда-либо прежде, что нам никогда не

следует пользоваться даже самыми соблазнительными временными

благами, если они включают в себя значительные суммы денег или

могут вовлечь нас в сомнительные союзы и чью-то поддержку или

могут склонить некоторых из нас к достижению известности как чле-

нов АА через средства массовой информации. Для нас, членов АА,

единство является настолько жизненно важным, что мы не можем

риско-вать, следуя практике и взглядам, которым порой удавалось

деморализовать другие формы человеческого общества. До сих пор

нам сопутствовал успех благодаря тому, что мы от них отличались.

Так давайте же продолжать в том же духе!


Однако единство АА не может сохраняться автоматически. Как и с

личным исцелением, чтобы его сохранить, над этим следует посто-

янно работать. И здесь нам тоже наверняка понадобятся честность,

смирение, открытость ума, бескорыстие и, превыше всего - бдитель-

ность. Вот поэтому мы, те, кто дольше находится в АА, убедитель-

но просим вас, кто пришли сюда недавно, тщательно обдумать уже

имеющийся опыт наших стараний жить и работать вместе. Нам хо-

телось бы, чтобы каждый член АА точно также осознал те опасные

тенденции, которые угрожают Содружеству как целому, как он осо-

знает свои личные недостатки, которые угрожают его собственной

трезвости и душевному спокойствию. Ибо были уже примеры, когда

спивались и целые движения!


Приводимые далее "Двенадцать Пунктов Традиций АА" являются

нашей первой попыткой сформулировать надежные принципы веде-

ния дел в группе и во взаимоотношениях с общественностью.


Меня, как одного из зачинателей АА, попросили опубликовать эти

"Пункты" в нашем ежемесячном журнале "АА Грейпвайн" вместе с

серией вспомогательных статей. Многие члены АА уже ощутили,

что предусмотрительность, которая содержится в этих Двенадцати

Традициях достаточна, чтобы стать основными рекомендациями по

защите АА как целого, что мы должны приме-нять их в жизни на-

шей группы так же серьезно, как это делаем с Двенадцатью Шагами

исцеления для себя лично. Для рассказа обо всем этом потребуется

время.


Давайте не забывать, что без твердого единства мы вряд ли сможем

предложить долговременное облегчение тем сотням тысяч людей,

которые еще присоединятся к нам в их стремлении к свободе от ал-

коголя.


Содружество Анонимных Алкоголиков никто не изобретал - оно вы-

росло само. Метод проб и ошибок обеспечивал богатый опыт. Мало

помалу мы одобряли выводы из этого опыта сначала в форме нашей

политики, а затем в качестве традиций. Этот процесс по-прежнему

продолжается и, надеемся, никогда не прекратится. Но стоит нам

слишком пережать, и буква сможет разрушить дух. Мы могли бы

стать жертвами собственных ограничивающих правил и запретов.

Мы могли бы вообразить, что последнее слово за нами. Мы могли

бы даже спрашивать с алкоголиков, чтобы те либо следовали нашим

жестким правилам, либо держались от нас подальше. Упаси нас Бог

от такого удушающего прогресса!


Однако на уроки, извлеченные из нашего опыта, можно полагать-

ся весьма твердо. Теперь у нас есть уже долгие годы знакомства с

проблемой, как же нам жить и работать вместе. Если мы сможем

преуспеть и продолжим преуспевать в ее решении, то тогда и только

тогда наше будущее останется в безопасности.


Поскольку путы личного недуга нас больше не связывают, нашей

самой животрепещущей заботой стало будущее Анонимных Алко-

голиков - как со-хранить между нами, членами АА, такое мощное

единство, что ни слабость отдельных лиц, ни раздоры и противоре-

чия этого сложного мира не смогли бы причинить вред нашему об-

щему делу. Нам известно, что Содружество Анонимных Алкоголи-

ков должно продолжать свое существование. В противном случаемы

и наши братья алкоголики по всему свету, за редким исключением,

наверняка продолжим свое безнадежное путешествие в небытие.


Почти любой член АА мог бы рассказать вам о наших групповых

проблемах. В основном они касаются наших взаимоотношений

между собой и с внешним миром. Сюда входят отношения члена АА

со своей группой, отношения группы с АА в целом и то место, кото-

рое занимает Содружество в этом бушующем море, которое называ-

ют современным обществом и где сегодня все человечество может

либо потерпеть кораблекрушение, либо все-таки отыскать безопас-

ную гавань. Чрезвычайно остро встают проблемы нашей основной

структуры, проблемы нашего отношения к вечно давящим вопросам

лидерства, денег и власти. Наше будущее вполне может зависеть от

того, как мы будем поступать и реагировать в спорных моментах, и

того, как мы будем реагировать при взаимоотношениях с обществен-

ностью. Наша конечная судьба почти наверняка зависит от того, как

мы разрешим эти чреватые опасными последствиями проблемы!


Теперь мы подходим к наиважнейшему моменту в нашем обсужде-

нии. Заключается он в следующем: а накоплен ли нами достаточный

опыт, чтобы сформулировать четкую политику в этих наиболее за-

ботящих нас вопросах? Способны ли мы сейчас провозгласить те

общие принципы, которые могли бы перерасти в жизненно важные

традиции - традиции, поддерживаемые всем сердцем каждым чле-

ном АА, его личной глубокой убежденностью и общей заинтересо-

ванностью его друзей? Вот в чем вопрос. Но, хотя исчерпывающие

ответы на все наши заботы, возможно, так и не будут найдены, я

уверен, что мы наконец-то подошли к важному моменту, когда мо-

жем определить основные черты традиций, которые, даст Бог, смо-

гут служить эффективной защи-той от разрушающего воздействия

времени и обстоятельств.


Действуя по убедительным просьбам старых друзей в АА и на и на

основе убеждения, что сегодня общее согласие и единодушие среди

наших членов вполне достижимо, я отважусь облечь в слова сле-

дующие предложения по Традициям Взаимоотношений Анонимных

Алкоголиков - Двенадцать Пунктов для обеспечения нашего буду-

щего.

Наш опыт пребывания в АА научил нас следующему:


1. Каждый член Содружества Анонимных Алкоголиков является

всего лишь малой частью большого целого. АА должно продолжать

существовать, или большинство из нас наверняка погибнет. Поэто-

му наше общее благо стоит на первом месте. Однако благо каждого

члена АА лишь немногим уступает ему по значимости.


(Наше общее благополучие должно стоять на первом месте - личное

выздоровление зависит от единства АА.)


2. В делах нашей группы есть лишь один высший авторитет - лю-

бящий Бог, каким Он может выражать себя в нашем групповом со-

знании.


(В делах нашей группы есть лишь один высший авторитет - любя-

щий Бог, каким Он может выражать себя в нашем групповом созна-

нии. Наши лидеры - всего лишь облеченные доверием исполнители,

они не приказывают.)


3. Нам следует принимать всех, страдающих от алкоголизма. Поэто-

му мы не можем отказывать никому из тех, кто желает излечиться.

Членство в АА никогда не должно связываться с денежными сооб-

ражениями или с умением приспосабливаться. Любые два-три алко-

голика, собравшиеся вместе с целью поддержания трезвости, могут

называть себя группой АА, при условии, что как группа они не вхо-

дят в какую-либо другую организацию.


(Единственное условие для того, чтобы стать членом АА, - это же-

лание бросить пить.)


4. В том, что касается своих собственных дел, каждая группа АА не

несет ответственно-сти ни перед кем, кроме своей совести. Но когда

ее планы затрагивают интересы других групп, с ними необходимо

советоваться. Ни одной группе, ни одному региональному комите-

ту, и ни одному члену АА никогда не следует предпринимать какие-

либо действия, которые могут сильно повлиять на АА в целом, не

посоветовавшись с опекунами Главного Совета Обслуживания. В

таких вопросах наше общее благо важнее всего.


(Каждая группа должна быть вполне самостоятельной, за исключе-

нием дел, затрагивающих другие группы или АА в целом.)


5. Каждая группа Анонимных Алкоголиков должна быть объеди-

нением, основанным на духовности, имеющим лишь одну главную

цель - донести наши идеи до тех алкоголиков, которые все еще стра-

дают.


(У каждой группы есть лишь одна главная цель - донести наши идеи

до тех алкоголиков, которые все еще страдают.)


6. Проблемы, связанные с деньгами, собственностью и властью, мо-

гут легко от-влечь нас от нашей основной духовной цели. Мы пола-

гаем поэтому, что любая собственность, обладающая значительной

стоимостью и используемая для нужд АА, должна принадлежать

какой-либо посторонней компании и управляться самостоятельно;

таким образом мы отделяем материальное от духовного. Группа АА

как таковая нико-гда не должна заниматься предпринимательством.

Такие вспомогательные для АА учреждения, как клубы или больни-

цы, предполагающие владение обширной собственностью и участие

в администрировании, должны принадлежать посторонним компа-

ниям и быть отделены от АА, чтобы в случае необходимости группы

АА могли свободно от них отказаться. Следовательно, эти учреж-

дения не должны использовать имя АА. Управление ими должно

полностью находиться в руках тех людей, которые их финансируют.

В клубах обычно предпочитают руководителей, принадлежащих к

АА. Однако, что касается больниц, а также других мест, где алко-

голику помогают восстановить здоровье, то они должны быть явно

вне сферы активности АА и управляться медиками. Хотя группа АА

может сотрудничать с кем угодно, такое сотрудничество никогда не

должно доходить до установления организационных связей, а также

явной или скрытой поддержки. Группа АА не должна связывать себя

ни с кем.


(Группе АА никогда не следует поддерживать, финансировать или

предос-тавлять имя АА для использования какой-либо родственной

организации или посторонней компании, чтобы проблемы, связан-

ные с деньгами, собственностью и престижем не отвлекали нас от

нашей главной цели.)


7. Группы АА должны полностью опираться на добровольные де-

нежные пожертвования своих членов. Мы думаем, что каждой груп-

пе следует быстро достичь этой заветной цели; что любое обращение

к широкой общественности за средствами с использованием имени

АА - крайне опасно, будь то обращение от групп, клубов, больниц

или иных организаций, имеющих лишь косвенное отношение к АА.

Мы также считаем, что неразумно принимать от кого-либо подар-

ки, обладающие большой стоимостью, или пожертвования, предпо-

лагающие какие-либо обязательства. Мы также с озабоченностью

следим за теми группами АА, которые продолжают накапливать

средства, вне всяких разумных пределов и без какой-либо оправдан-

ной для нужд АА цели. Опыт неоднократно предостерегал нас, что

вернее всего может разрушить наше духовное наследие ни что иное,

как бесплодные споры о собственности, деньгах и власти.


(Каждой группе АА следует полностью опираться на собственные

силы, отказываясь от помощи извне.)


8. Содружество Анонимных Алкоголиков должно всегда оставаться

непрофессиональным объединением. Мы определяем профессиона-

лизм как постоянную работу по оказанию консультативной помощи

алкоголикам, связанную с получением зарплаты или других форм

денежного вознаграждения. Но мы можем нанимать алкоголиков

для выполнения той работы, которая в ином случае могла бы быть

поручена неалкоголикам. Такие специальные услуги вполне могут

оплачиваться. Но наша обычная работа, связанная с выполнением

Двенадцатого Шага, никогда не должна оплачиваться.


(Содружество Анонимных Алкоголиков должно всегда оставаться

непрофессиональным объединением, однако наши службы могут

нанимать работников, обладающих определенной квалификацией.)


9. Каждая группа АА должна обладать как можно более простой си-

стемой руководства. Лучше всего, чтобы руководящие должности

по очереди занимали все члены. Маленькая группа может выбрать

своего секретаря, большая группа - комитет, в состав которого будут

по очереди входить все ее члены, а группы большого города - свой

центральный или межгрупповой комитет, который часто нанимает

на полную ставку секретаря. Члены Совета Обслуживания состав-

ляют наш Комитет по Обслуживанию АА в Нью-Йорке. Группы АА

поручили им осуществлять все наши контакты с общественностью,

они также обеспечивают последовательность направления нашего

основного журнала "The АА Grapevine". Все эти наши представи-

тели должны руководствоваться духом служения, ибо подлинные

руководители АА - всего лишь опытные и пользующиеся доверием

служащие, работающие для блага всего АА. Их должности не дают

им настоящей власти, они не отдают приказов. Уважение ко всем -

залог их полезности.


(Содружеству АА никогда не следует обзаводиться жесткой систе-

мой управления; однако мы можем создавать службы или комитеты,

непосредственно подчиненные тем, кого они обслуживают.)


10. Ни одна группа или член АА никогда не должны высказываться

по не относящимся к деятельности АА спорным вопросам таким об-

разом, чтобы это как-то касалось АА, особенно если это относится

к политике, алкогольным реформам или религиозным направлениям

разного толка. Группы Анонимных Алкоголиков никому не проти-

вопоставляют себя. По упомянутым выше вопросам они вообще не

могут высказываться.


(Содружество Анонимных Алкоголиков не придерживается какого-

либо мнения по вопросам, не относящимся к его деятельности;

поэтому имя АА не следует вовлекать в какие-либо общественные

дискуссии.)


11. Наши отношения с широкой общественностью должны отли-

чаться личной анонимностью. Мы думаем, что АА следует избегать

сенсационной рекламы. Наши имена и изображения, если мы пред-

ставлены как члены АА, не должны использоваться в прессе, в кино

или на радио. В наших отношениях с общественностью нам следует

руководствоваться принципом привлечения, а не пропаганды. Нет

никакой необходимости хвалить самих себя. Нам приятнее предо-

ставить нашим друзьям возможность отозваться о нас с похвалой.


(Наша политика во взаимоотношениях с общественностью основы-

вается на привлекательности наших идей, а не на пропаганде; мы

должны всегда сохранять анонимность во всех наших контактах с

прессой, радио и кино.)


12. И последнее. Мы, члены Содружества Анонимных Алкоголиков,

верим, что принцип анонимности имеет огромное духовное значе-

ние. Он напоминает нам о том, что мы долж-ны отдавать предпо-

чтение принципам, а не личностям; что мы должны на практике сле-

довать принципу подлинного смирения. Это необходимо для того,

чтобы дарованное нам огромное благо никогда не испортило нас,

чтобы в нашей жизни мы всегда с благодарностью размышляли о

Нем, стоящем над всеми нами.


(Анонимность - духовная основа всех наших Традиций, постоянно

напоминающая нам о том, что главным являются принципы, а не

личности.)

Кто является членом АА?

- 1946 -

На основе этих материалов Билла У.

в журнале «АА Грейпвайн»

была выработана III Традиция.

В первом издании книги «Анонимные Алкоголики» содержится

следующее краткое замечание относительно членства: «Един-

ственным условием для того, чтобы стать членом АА, является чест-

ное желание бросить пить. Мы не связаны с какой-либо конкретной

верой, сектой или конфессией и не выступаем против какой бы то ни

было из них. Мы просто хотим помочь тем, кто страдает». Это вы-

ражало наши чувства в 1939 году, когда была издана наша книга.


Каких только экспериментов с условиями членства в АА не прово-

дилось с тех пор. Количество разработанных (и по большей части

нарушенных!) правил относительно пребывания в АА неисчислимо.

Года два или три назад Офис по Обслуживанию АА попросил груп-

пы прислать свои правила членства. Когда списки были получены,

мы сложили их вместе и переписали. На это ушло немало листов бу-

маги. Беглого взгляда на всю эту кучу правил оказалось достаточно,

чтобы придти к поразительному выводу. Если бы все они повсюду

и одновременно вступили в силу, то любой алкоголик вообще прак-

тически никогда не смог бы вступить в АА. Девять десятых наших

старейших и лучших членов наверняка не смогли бы удовлетворить

этим правилам.


В некоторых случаях нас бы просто отпугнули предъявляемые к

нам требования. Большинство первых членов АА были бы исключе-

ны из-за слишком частых срывов, из-за слишком низкого морального

уровня, из-за того, что наряду с алкогольной проблемой у них были

трудности с психикой. Или, хотите верьте хотите нет, - из-за того,

что они не были выходцами из так называемых лучших слоев обще-

ства. Мы, «старички» могли быть исключены из-за того, что не чита-

ли книги «Анонимные Алкоголики», или за отказ нашего наставника

поручиться за нашу кандидатуру. И так далее до бесконечности. То,

как наши «достойные» алкоголики иногда старались давать оценку

«менее достойным», по прошествии времени видится довольно ко-

мичным. Представьте себе, если сможете, как один алкоголик судит

другого!


Рано или поздно большинство групп АА попадают в круговерть

создания правил. Вполне естественно, что по мере быстрого роста

группа сталкивается со множеством тревожных проблем. Попрошай-

ки начинают попрошайничать. Члены группы напиваются и иногда

втягивают в пьянство других. Люди с психическими расстройства-

ми наводят тоску или пускаются в параноидальное осуждение това-

рищей. Сплетники сплетничают и справедливо осуждают местных

«серых волков» и «красных шапочек». Новички доказывают, что они

вовсе не алкоголики, но все равно продолжают приходить. «Срывни-

ки» спекулируют на добром имени АА, чтобы устроится на работу.

Еще кто-то отказывается принимать все Двенадцать Шагов Програм-

мы исцеления. Некоторые идут и того дальше, заявляя, что «Божий

промысел» - совершенно ненужный вздор. В таких условиях наши

консервативные, придерживающиеся Программы члены, испыты-

вают страх. Такое «ужасающее» положение должно быть взято под

контроль, полагают они, иначе АА наверняка пойдет прахом. Они с

тревогой смотрят на все это, имея в виду благо движения!


На этой стадии группа вступает в фазу принятия правил и поста-

новлений. С воодушевлением принимаются уставы, положения,

правила членства. Комитетам предоставляются полномочия отсеи-

вать нежелательных лиц и приводить к порядку «злодеев». Затем

«старейшины группы», теперь уже облеченные властью, засучив

рукава, приступают к делу. Непослушных вышвыривают прочь во

тьму, а уважаемые деятели кидают камни в грешников. Что же каса-

ется так называемых грешников, то они либо настаивают, чтобы их

оставили здесь, либо создают свою собственную новую группу. Или

присоединяются к более теплой и терпимой группе по соседству.

Вскоре «старички» обнаруживают, что их правила и постановления

работают не лучшим образом. Большинство попыток сделать что-то

насильно вызывает в группе такую бурю раздоров и нетерпимости,

что положение в группе признают еще худшим, чем было прежде.


Спустя некоторое время страх и нетерпимость идут на убыль. Груп-

па остается невредимой. Каждый многому научился. Таким образом,

мало кто теперь опасается, что какой-нибудь новичок может что-то

сделать с репутацией и эффективностью нашего АА. Те, кто срыва-

ются, те, кто попрошайничают, те, кто скандалят, кто имеет психиче-

ские нарушения, те, кто восстают против Программы, кто спекули-

руют на репутации АА, - все они редко причиняют вред группе АА

продолжительное время. Некоторые из них стали нашими наиболее

уважаемыми и любимыми членами. Некоторые продолжают испы-

тывать наше терпение, оставаясь, тем не менее, трезвыми. Некото-

рые - просто исчезли. Мы начали относиться к ним ко всем не как к

вредите-лям, а скорее как к учителям. Они нас обязывают вырабаты-

вать терпение, терпимость, смирение. В конце концов мы понимаем,

что эти люди всего лишь больны сильнее, чем мы сами, что те из нас,

кто их обвиняют, - фарисеи, фальшивая правота которых причиняет

нашей группе еще больший духовный ущерб.


Каждый член АА со стажем вздрагивает, когда вспоминает име-

на людей, которых он когда-то осуждал. Людей, которым он убеди-

тельно предсказывал, что они никогда не станут трезвыми. Людей,

которых по его убеждению следовало бы выкинуть из АА ради бла-

га самого движения. Сейчас, когда некоторые из тех самых людей

остаются годами трезвыми и, возможно, входят в число его лучших

друзей, старожил думает про себя: «Что было бы, если бы каждый

судил бы об этих людях так же, как это делал я? Что, если бы АА за-

хлопнуло перед ними двери? Где бы были они сейчас?»


Вот почему мы все меньше и меньше судим о новичке. Если для

НЕГО алкоголь представляет собой не поддающуюся контролю про-

блему и ОН что-то хочет с этим сделать, то для нас этого достаточно.

Нас не волнует, является ли его случай тяжелым или легким, вы-

сок или низок его моральный уровень, есть или нет у него других

осложнений. Наши двери в АА остаются широко открытыми, и если

он входит через них и начинает хоть что-то делать со своей пробле-

мой - он считается членом Содружества Анонимных Алкоголиков.

Он ничего не подписывает, ни о чем не договаривается, ничего не

обещает. Мы ничего этого не требуем. Он присоединяется к нам на

собственных условиях. Сейчас в большинстве групп ему не нужно

даже при-знавать, что он алкоголик. Он может вступить в АА, про-

сто подозревая, что таковым является, что у него, возможно, уже

появились роковые симптомы нашей болезни.


Конечно же, так дело обстоит не во всем Содружестве АА. Правила

членства все еще существуют. Если член продолжает приходить на

собрания пьяным, его могут вывести; мы можем кого-то попросить,

чтобы его увели. Но в большинстве из групп - он может прийти на

следующий же день, если будет трезвым. И хотя его можно выгнать

из клуба, выгонять его из АА никто и не подумает. Он является чле-

ном АА до тех пор, пока сам утверждает это. И хотя такая широкая

концепция членства в АА еще не является общепризнанной, сегодня

она представляет собой основное направление мысли АА. Мы нико-

му не хотим отказывать в шансе на выздоровление от алкоголизма.

Нам хотелось бы только принимать и никогда не исключать.


Возможно, эта тенденция означает нечто намного более глубокое,

чем просто изменение отношения к вопросу о членстве. Возможно,

это означает, что мы теряем всякий страх перед этими яростными

эмоциональными бурями, которые порою про-ходят по нашему ал-

когольному миру. Возможно, это выражает нашу уверенность, что за

каждой бурей следует покой - покой, в котором будет больше пони-

мания, больше сострадания, больше терпимости, чем мы когда-либо

испытывали раньше.

Больницы и АА

- 1947 -

Отрывки из статьи Билла У.

«Доступная госпитализация»

в журнале «АА Грейпвайн»

- предыстория VI Традиции

Многие клиники и частные больницы, как правило, слишком до-

роги для среднего алкоголика. В условиях, когда бесплатных

больниц слишком мало, не хватает психиатрических лечебниц и ре-

лигиозных заведений, средней группе АА приходится искать места,

куда можно было бы за умеренную плату поместить на несколько

дней своих потенциальных членов.


Острота этой проблемы вынудила некоторые группы АА создавать

свои собственные вытрезвители, нанимая менеджеров и сестер из

АА, и обеспечивать оплату услуг приходящих врачей. Там, где это

делалось под непосредственным покровительством группы АА, поч-

ти неизбежно происходили сбои. Это вовлекало группу в предпри-

нимательство, причем такого рода, где мало кто из членов АА хоть

что-то понимал. Слишком много сталкивалось людей, слишком мно-

го становилось нянек у ребенка, что обычно приводило к прекраще-

нию подобных попыток. Мы на опыте убедились, что группа АА, в

основном, является духовным объединением, и чем меньше ей при-

ходится заниматься предпринимательством как группе, тем лучше.

Здесь следует отметить, что практически все групповые схемы по

оплате или обеспечению больничных счетов своих товарищей также

кончались неудачей. Мало того, что многие из этих долгов остаются

неоплаченными, в группе вдобавок всегда возникает вызывающий

раздоры вопрос относительно того, кому из ее потенциальных чле-

нов отдать предпочтение. Случалось группы АА ввиду острой по-

требности в медицинской помощи даже затевали кампании по сбору

средств для создания в своем регионе «больниц АА». Эти усилия

почти неизбежно заканчивались ничем. В намерения таких групп

входят не только занятия больничным делом, но и финансирование

своих затей на деньги от сбора средств у общественности от имени

АА. Незамедлительно возникают всякого рода сомнения, и проекты

захлебываются. Консервативные члены АА понимают, что деловые

предприятия или сбор пожертвований при поддержке АА действи-

тельно опасны для всех нас. Если бы такая практика получила рас-

пространение, то откры-лись бы все заслонки. У энтузиастов от АА

и прочих деятелей были бы полностью развязаны руки.


Поиск доступных по цене и качеству медицинских услуг привел к

возникновению еще одного типа учреждений. Ими являются фер-

мы для реабилитации и вытрезвители под управлением отдельных

членов АА и соответствующим медицинским присмотром. Эти за-

ведения оказались гораздо более приемлемыми, чем проекты под

управлением групп. Как и следовало ожидать, их успех был прямо

пропорционален администраторским способностям и доброй воле

ответственного за это дело члена АА. Если у него есть и то и другое,

то возможен очень хороший результат, если же и ответственность и

способности отсутствуют, - заведение прикрывается. Если такое за-

ведение не является проектом группы и не использует имя АА, его

можно начать или оставить. Деятельность таких учреждений всегда

связана с определенными трудностями. Члену АА, выступающему

в роли управляющего, сложно взимать плату, размеры которой по-

зволили бы предприятию обеспечивать ему достойную жизнь. Если

же он на это идет, люди склонны считать, что он становится на про-

фессиональный путь или «делает деньги на АА». И хотя подобные

заявления по большей части не соответствуют действительности,

тем не менее они являются суровым препятствием.


Однако несмотря на всю эту головную боль изрядное количество

таких ферм и вытрезвителей активно работают и, судя по всему, мо-

гут продолжать делать это и дальше до тех пор, пока ими руководят,

не утрачивая чувства такта, не используя имени АА и не собирая

общественные средства как предприятия АА. Порой мы бездумно

злоупотребляем тем, что за учреждение отвечает член АА. Мы за-

совываем туда алкоголиков, лишь бы только сбагрить их с рук, мы

обещаем оплатить счета, а сами этого не делаем. Следует поздравить

любого члена АА, который способен успешно руководить одной из

таких «пьяных лавочек». Это тяжелая и часто неблагодарная работа,

впрочем, способная доставлять ему глубокое духовное удовлетворе-

ние. Возможно, в этом и кроется причина того, что так много членов

АА хотят это попробовать!

Клубы в АА. Останутся ли они с нами ?

- 1947 -

Еще немного о предыстории VI Традиции

Идея клубов стала частью жизни АА. Десятки этих гостепри-

имных пристанищ могут поведать о долгих годах полезной

службы. Ежемесячно открываются новые. Проведи мы завтра голо-

сование по вопросу о желательности клубов, и значительное боль-

шинство членов АА сказали бы решительное «да!». Тысячи людей

подтвердили бы, что первые месяцы в АА без клубов им тяжелее

было бы оставаться трезвыми, и в любом случае им всегда хотелось

бы иметь доступные в клубах легкие контакты и теплые дружеские

отношения.


Поскольку это точка зрения большинства, можно было бы предпо-

ложить, что в ней кроется безоговорочная поддержка клубам - ре-

шить, что без них нам не обойтись. Мы могли бы представить их

некими центральными учреждениями АА, своего рода «Тринадца-

тым Шагом» нашей Программы исцеления, без которого не будут

работать остальные Двенадцать. Временами энтузиасты клубов ве-

дут себя так, как если бы действительно верили, что справиться с

нашими алкогольными проблемами возможно посредством одной

лишь клубной жизни. Они склонны полагаться скорее на клубы, чем

на Программу АА.


Однако в АА одновременно существует и довольно сильное мень-

шинство, которое не хочет никаких клубов. Они утверждают, что

зачастую общественная жизнь клуба не только отвлекает внимание

членов от Программы, но, как они заявляют, клубы являются настоя-

щим тормозом в развитии АА. Они указывают на опасность того,

что клубы деградируют в какие-то сборища и даже «притоны». Под-

черкивают присутствие в них раздоров, вызванных вопросами денег,

управления и личных полномочий. Опасаются «инцидентов», кото-

рые могут принести нам неблагоприятную известность. Короче, они

«наблюдают с тревогой». «Долой эти клубы!» - восклицают они.


Вот уже нескольких лет мы нащупываем свой путь где-то посере-

дине. Несмотря на опасения, уже вполне определилась позиция, что

члены АА, которым нужны клубы, должны их иметь. Истинная за-

бота заключается не в решении, иметь или не иметь клубы, а в том,

как улучшить их положительные свойства и уменьшить недостатки,

как в перспективе добиться того, чтобы их недостатки не превысили

достоинств.


Из наших четырех крупнейших центров АА два ориентированы

на работу с клубами, а два нет. Я живу в одном из первых. Самый

первый клуб АА был создан в Нью-Йорке. Хотя наш опыт в этой

области, возможно, не самый лучший, но я его знаю. А потому, опи-

сывая проблемы и принципы, которые нам следует обсудить, я буду

использовать его - скорее в качестве общей иллюстрации к эволю-

ции клубов, чем какого-то образца для подражания.


Когда АА было еще очень молодой организацией, мы встречались

на квартирах. Люди проходили пешком многие мили не только ради

самого собрания АА, но и для того, чтобы после часами вести ожив-

ленные доверительные беседы за кофе и плюшками. Слишком долго

алкоголики и их семьи были одиноки.


Затем квартиры стали для нас слишком тесными. Мы не могли пе-

ренести распада на множество небольших собраний и стали искать

более просторное помещение. Сначала мы разместились в цехе по-

шивочной мастерской, затем арендовали комнату в культурном цен-

тре. Благодаря этому во время собрания мы были все вместе, потом

мы перебирались в кафе, но чего-то все-таки не хватало. И это была

домашняя атмосфера, которой не доставало в кафе. «А давайте соз-

дадим клуб», - предложил кто-то из нас.


Так у нас появился клуб. Мы нашли интересное место - бывший

Клуб художников и иллюстраторов на 24-й улице. Сколько радости!

Двое более старых членов группы подписали договор об аренде. Мы

покрасили и отдраили помещения. У нас появился свой дом. Пре-

красные воспоминания о днях и вечерах, проведенных в этом пер-

вом клубе, сохранятся в памяти навсегда.


Однако следует признать, не все эти воспоминания вызывают вос-

торг. Наш рост принес с собой головные боли - болезни роста, как

мы их теперь называем. Какими серьезными они нам тогда казались!

«Диктаторы» становились неуправляемыми, пьяные валились на пол

или срывали собрания, «руководящие комитеты» старались прота-

щить своих друзей себе на смену и обнаруживали, к своему удивле-

нию, что даже трезвыми пьяницами невозможно управлять. Иногда

мы едва могли собрать деньги на арендную плату. Карточные игроки

высокомерно отвергали любые предложения поговорить с новичка-

ми (сейчас большинство клубов вообще запретило карточные игры).

Секретарши драли друг друга за волосы. Было создано подразделе-

ние по вопросам аренды помещения клуба, и таким образом у нас

появились «официальные лица». Кто должен управлять клубом: эти

самые «директора» или комитет АА на выборной основе?


Таковы были наши проблемы. Мы обнаружили, что необходимы

деньги и определенная степень организации клубной работы. Тес-

ная близость создавала ситуации, которых мы не предвидели. Клуб-

ная жизнь приносила много радостей. Но, конечно же, требовала и

ответственности. Стоила ли овчинка всех этих рисков и забот? Ответ

был «да!», так как клуб на 24-й улице продолжает работать, и сегод-

ня там собираются моряки члены АА. В этом районе у нас есть еще

три клуба, и создается еще один.


Первый наш клуб назывался, конечно же, «Клуб АА». Организа-

ция, которая его арендовала, называлась «Анонимные Алкоголики

Нью-Йорка, Инкорпорейтед». Только позднее мы поняли, что таким

образом включили в название весь штат Нью-Йорк. Ошибка была

недавно исправлена. Безусловно, наша «корпорация» должна была

включать только 24-ю улицу. По всей стране большинство клубов

создавалось подобно нашему. Поначалу мы рассматривали их как

центральные учреждения АА. Но последующий опыт неизбежно

вносит изменения в их статус. Сегодня мы полагаем, что такие из-

менения весьма желательны.


Например, членами первого клуба в Манхэттене были люди из всех

городских районов, включая Нью-Джерси. Спустя некоторое время

десятки групп АА появились и в пригородах. Каждая нашла себе

более удобное место для собраний. Организовали свой собственный

клуб и наши друзья из Джерси. И вот эти окраинные группы, заро-

дившиеся в Манхэттенском клубе, начали принимать сотни членов,

которые не были связаны с Манхэттеном ни территориально, ни ин-

тересами, ни сентиментальными воспоминаниями. У них были свои

местные друзья в АА и свои удобные места для встреч. Манхэттен

их не интересовал.


Ньюйоркцев это весьма задевало. Уж коль мы их тут взлелеяли,

то почему же их это не волнует? Мы недоумевали, почему они от-

казываются считать Манхэттен-ский клуб центром АА всего горо-

да. Разве не клуб проводит общее собрание со спикерами из разных

групп? Разве не мы держим платного секретаря, который, сидя в

клубе, принимает телефонные звонки с просьбами о помощи и дого-

варивается с больницами для всех групп региона? Конечно, думали

мы, наши группы с окраин должны оказывать финансовую поддерж-

ку Манхэттенскому клубу - примерные дети должны заботиться о

своих «родителях». Однако наши родительские призывы кончились

ничем. Хотя многие члены пригородных групп лично делали по-

жертвования в клуб на 24-й улице, от самих этих групп так и не по-

ступило ни цента.


Тогда мы пошли другим путем. Пускай группы на окраинах не хотят

поддерживать клуб, но, может быть, они по крайней мере выразят

желание платить зарплату секретарю. Она действительно выполняла

«региональную» работу. Безусловно, это было разумной просьбой.

Но и она ни к чему не привела. Группы просто не могли мысленно

отделить «регионального секретаря» от Манхэттенского клуба. Так

на долгое время наши региональные нужды, наша общая проблема

АА и руководство клубом завязались в сложный финансовый и пси-

хологический клубок.


Этот клубок начал медленно распутываться по мере того, как мы

приходили к мысли, что клубы должны быть непосредственно делом

тех людей, кто особенно желает их иметь и готов за них платить. Мы

увидели, что руководство клубом - это крупное деловое начинание,

которое следует оформлять отдельно и под другим названием, на-

пример, «Аланон» ; что «директора» клубного объединения должны

заниматься только делами клуба; что группа АА, как таковая, никог-

да не должна активно заниматься осуществлением деловых проек-

тов. Горький опыт научил нас, что, если сменяемый комитет АА пы-

тается руководить клубными объединениями или эти объе-динения

пытаются руководить делами групп АА, которые могут собираться

в этом клубе, сразу же возникают трудности. Единственный способ,

найденный нами, чтобы от этого излечиться - отделить материаль-

ное от духовного. Если какая-то группа АА желает использовать

данный клуб, то пусть она платит аренду или делится пожертвова-

ниями с руководством клуба. Для маленькой группы, открывающей

свой первый клуб, такой порядок может показаться неразумным, так

как на данный момент члены этой группы будут являться и члена-

ми клуба. Тем не менее рекомендуется отделение на ранней стадии

путем создания клубного объединения. Это поможет избежать мно-

жества неприятностей впоследствии, когда в регионе начнут созда-

ваться другие группы.


Часто задаются вопросы: «Кто выбирает бизнес-директоров клуба?

Отличается ли членство в клубе от членства в АА? Как поддержива-

ется и финансируется клуб?»


Поскольку существует самая разная практика, полного ответа мы

пока не знаем. Наиболее разумными предложениями представля-

ются следующие: право пользоваться обычными преимуществами,

которые предоставляет клуб АА, должен иметь любой член АА не-

зависимо от того, делает ли он регулярные добровольные пожерт-

вования или нет. Если он делает их регулярно, ему дополнительно

должно быть предоставлено право голосовать на деловых собрани-

ях, где выбираются бизнес-директора этого клубного объединения.

Такая мера открыла бы все клубы для всех членов АА. Но в то же

время она и ограничила бы ведение дел только теми, кто жертвует

регулярно. В этой связи следует напомнить, что в АА у нас нет обя-

зательных вступительных и членских взносов. Следует, конечно, до-

бавить, что, поскольку клубы становятся обособленными частными

предприятиями, они могут управляться и на других условиях, если

этого хотят их члены.


Принятие больших денежных сумм от любого источника для покуп-

ки, постройки или финансирования клубов почти неизбежно ведет

впоследствии к осложнениям. Сбор общественных пожертвований,

безусловно, является крайне опасной затеей. Полное самообеспече-

ние клубов и всего иного, связанного с АА, становится нашей уни-

версальной практикой.


Эволюция клубов нам также показывает, что они могут оставаться

основными центрами деятельности АА лишь в небольших регионах.

Изначально создаваясь как главные центры АА города, многие клу-

бы переезжают во все большие и большие помещения, рассчитывая

удержать общее собрание региона в своих стенах. Однако обстоя-

тельства в конце концов делают это невозможным.


Обстоятельство номер один заключается в том, что растущее число

членов АА сломает стены любого клуба. Рано или поздно основное

или общее собрание будет вынуждено перебраться в более простор-

ную аудиторию. Клуб не сможет его вместить. Это факт, который

нужно трезво оценить, когда мы думаем о покупке или постройке

большого здания для клуба. Второе обстоятельство, по-видимому,

отодвинет большинство клубов с их «центральных» позиций, осо-

бенно в больших городах. Им является наша сильная тенденция к

решению общих проблем АА в больших городах через центральные

комитеты и интергруппы. Каждый регион рано или поздно осозна-

ёт, что такие вопросы, как собрания интергруппы, сотрудничество с

больницами, отношения с местной общественностью, центральный

офис для ответов на запросы и сбора информации - это то, в чем

заинтересован каждый член АА независимо от того, пользуется он

клубом или нет. И поскольку эти дела относятся строго к АА, долж-

ны избираться и финансироваться центральный комитет или интер-

группа, которые и будут ими заниматься.


Группы региона обычно поддерживают своими средствами эту

действительно общую деятельность. Даже если клуб еще достаточ-

но велик для проведения межгрупповых собраний и эти собрания

все еще там проводятся, центр тяжести в этом регионе продолжит

смещаться в сторону межгрупповых комитетов и их основной дея-

тельности. Клубы определенно остаются в стороне, где, по мнению

многих, они и должны находиться. Активно поддерживаемые и

управляемые теми, кто хочет их иметь, клубы можно «принимать

или оставить их в покое».

Опасность связи АА с другими проектами

- 1947 -

Опасность, которую признают VI и VIII Традиции

Наш опыт в АА поднимал следующие важные, но все еще не ре-

шенные вопросы. Во-первых, следует ли АА как Содружеству

в целом заняться деятельностью на стороне в таких областях, имею-

щих отношение к алкоголизму, как госпитализация, исследования и

не вызывающие дискуссий образовательные проекты? Во-вторых,

может ли член АА, действуя строго как частное лицо, доносить свой

особый опыт и знания в рамках такой деятельности? И в третьих,

если член АА занимается аспектами алкогольной проблемы в целом,

то при каких условиях ему следует работать?


По поводу этих вопросов среди наших групп можно услышать

практически любые мнения. Вообще говоря, существуют три на-

правления: «делать все», «делать что-то» и «не делать ничего».

Есть члены АА, которые так бояться, что мы можем в чем-то увяз-

нуть или быть каким-то образом использованными, что хотели бы,

чтобы мы оставались строго закрытым объединением. Они готовы

оказывать сколь угодно сильное давление, лишь бы вообще не до-

пустить никого из членов АА - как отдельных лиц, так и группы

- к работе над общей алкогольной проблемой, исключая, конечно,

работу в рамках АА. Перед их глазами маячит призрак столетней

давности «Вашингтонского движения» среди алкоголиков. Это дви-

жение утратило единство отчасти от того, что его члены открыто

выступали за отмену рабства, сухой закон и многие другие вещи.

Эти члены АА полагают, что, дабы избежать подобных напастей, мы

должны соблюдать изоляцию любой ценой, держаться только себе

подобных.


Еще у нас есть члены, которые хотят, чтобы мы «делали все» для

решения алкогольной проблемы в целом - в любое время, в любом

месте и любыми способами! В своем энтузиазме они не только счи-

тают любимое АА «панацеей» для пьяниц, но также полагают, что

у нас есть решения для каждого и ответы на все, что связано с алко-

голем. Они всерьез считают, что АА следует непосредственно пре-

доставить свое имя и финансовые средства для поддержки любых

качественных исследовательских, образовательных и больничных

проектов. Видя, что сегодня АА не сходит со страниц изданий, они

убеждают, что мы должны свободно изъявлять нашу огромную до-

брую волю. Они говорят: «Почему бы нам, членам АА, не встать от-

крыто на публике, и пусть нас всех пересчитают. На хорошие дела в

борьбе с алкоголизмом можно с легкостью собрать миллионы». По-

рой за такими рассуждениями кроется стремление сделать карьеру.

Однако я уверен, что у большинства из такого рода энтузиастов - это

чаще всего искренний оптимизм, в большинстве случаев вместе с

чувством глубокой социальной ответственности.


Таким образом, у нас есть как энтузиасты, так и сверхосторожные

- сторонники «делать все» и «не делать ничего». Но средний член

АА не так озабочен этими явлениями, как это бывало раньше. Он-то

знает, что из жара и дыма скоро пробьется свет. Что вскоре появится

ясная политика, приемлемая для всех. Испытанная временем и при

условии здравости она станет Традицией АА.


Иногда я боялся, что АА никогда так и не выкристаллизует работо-

способную политику. Мой страх не ослабевал, поскольку мои соб-

ственные взгляды с полнейшей непоследовательностью метались от

одной крайности к другой. Но мне следовало иметь больше веры.

Опыт проливает все больше яркого света, который позволяет видеть

лучше, утверждать более уверенно, что мы в силах, а чего наверняка

не в силах сделать в таких вопросах, как образование, исследования

и тому подобное.


Например, мы можем категорически сказать, что ни АА в целом,

ни какая-либо группа АА не должны заниматься никакой деятель-

ностью, не связанной непосредственно с целями АА. Как группы,

мы не можем поддерживать, финансировать или создавать союзы с

любым другим движением, каким бы благим оно ни было. Мы не

можем связывать имя АА с другими делами в области алкоголизма

до такой степени, что у общественности создастся впечатление, буд-

то мы отказались от нашей единственной цели. Мы должны отгова-

ривать наших членов и друзей в этих сферах деятельности от упо-

минания имени АА в своей рекламе или призывах к сбору средств.

Действовать иначе - значит, неизбежно повредить нашему единству,

а сохранение нашего единства является нашим основным обязатель-

ством перед нашими братьями-алкоголиками и перед обществом в

целом. Мы думаем, что опыт уже сделал эти принципы очевидны-

ми.


Хотя сейчас мы подходим к более спорному вопросу, мы должны

искренне себя спросить: должен ли кто-то из нас как частное лицо

привносить наш особый опыт в другие области алкогольной про-

блемы? Разве мы не в долгу перед обществом, и может ли это быть

сделано без вовлечения АА в целом? По-моему, политика «ничего

не делать» стала неприемлемой отчасти из-за того, что, я уверен,

наши члены могут работать в других сферах, связанных с алкого-

лем, не причиняя вреда АА, если будут соблюдать несколько про-

стых мер предосторожности. А отчасти потому, что я пришел к глу-

бокому убеждению, что делать меньше, значит, лишить общество в

целом того бесконечно ценного вклада, который мы почти наверняка

в состоянии сделать. Хотя мы - члены АА, и АА должно стоять на

первом месте, мы также являемся и гражданами мира. Кроме того,

мы, как и наши верные друзья врачи, считаем честью поделиться со

всеми людьми всем тем, что мы знаем.


Поэтому мне кажется, что некоторым из нас следует со вниманием

относиться к призывам извне. А те, кто это делает, должны только

твердо помнить, что они - члены АА, но в своей новой деятельно-

сти они - только частные лица. Это означает, что они будут уважать

принципы анонимности в печати; что выступая на публике, они не

будут называть себя членами АА; что они будут воздерживаться

от подчеркивания своей принадлежности к АА, собирая денежные

средства.


Эти простые принципы поведения при условии их осознанного

применения могли бы в скором времени рассеять все обоснованные

и необоснованные страхи, которые сейчас испытывают многие чле-

ны АА. На такой основе АА в целом могло бы оставаться нейтраль-

ным, но в то же время дружественным к любому бесспорному делу

и вписать светлую страницу в темные анналы алкоголизма. Подводя

краткий итог, я вполне уверен, что наша политика по отношению к

«сторонним» проектам будет выглядеть следующим образом: АА не

поддерживает проекты в других сферах. Однако если эти проекты

являются по своей сути конструктивными и бесспорными, члены

АА могут в них участвовать, но только если они действуют как част-

ные лица и берегут имя АА. Возможно, так оно и есть. Попробуем?

Деньги

- 1946 -

Что привело к возникновению VII Традиции

Правят ли деньги миром в АА или являются корнем всех зол?

Сейчас мы пытаемся разгадать эту загадку. Никто не притворя-

ется, будто знает исчерпывающий ответ. Где заканчивается правиль-

ное использование денег и начинается неправильное - вот та отправ-

ная точка в «духовном пространстве», которую мы все ищем. Мало

найдется в группе проблем, которые волновали бы думающих чле-

нов АА, больше чем эта. Каждый спрашивает: «Каким должно быть

наше отношение к добровольным пожертвованиям, оплачиваемым

сотрудникам, профессионализму и пожертвованиям АА извне?»


В первые годы существования АА проблем, связанных с деньга-

ми, у нас не было. Мы собирались на квартирах, где наши женщи-

ны готовили кофе и бутерброды. Если кто-то из членов АА хотел

подкормить своего друга алкоголика, он так и делал. Это было его

чисто личным делом. У нас не было групповых средств, а отсюда

и никаких неприятностей с деньгами. Необходимо отметить, что

многие старые члены АА хотели бы вернуться к тем ранним дням

благостной простоты. Зная, что ссоры из-за материальных момен-

тов подорвали дух многих добрых дел, часто полагают, что слишком

большое количество денег может обернуться злом и для нас.


Мало пользы сетовать о невозможном. Деньги вошли в нашу по-

вседневность, и нам определенно придётся ими пользоваться. Никто

всерьез не помышляет отказаться от помещений для проведения на-

ших собраний и для клубов ради того, чтобы полностью отказаться

от денег. Опыт показал, что эти помещения нам крайне необходимы

и поэтому мы должны идти на любой риск, связанный с ними.


Но как свести этот риск к минимуму? Как нам в соответствии с

Традициями ограничить использование денег с тем, чтобы это ни-

когда не опрокинуло духовную основу, от которой полностью зави-

сит жизнь каждого члена АА? Сегодня это представляет для нас на-

стоящую проблему. Так что давайте вместе посмотрим на основные

фазы нашего финансового положения и попытаемся разобраться,

что существенно и что несущественно, что законно и безвредно, а

что может быть опасным или ненужным.


Возьмем для начала добровольные пожертвования. Каждый член

АА бросает деньги «в шляпу» для оплаты аренды помещения, клуба

или для содержания местной службы АА или бюро обслуживания

АА страны. Хотя не все из нас верят в клубы, а некоторые члены АА

не видят необходимости в местных или общенациональных офисах,

можно честно сказать, что громадное большинство из нас считает,

что эти службы АА в целом необходимы. Если эти учреждения эф-

фективно управляются, ведется надлежащий учет и отчетность, мы

будем только рады оказывать им нашу регулярную поддержку, ко-

нечно же, с полным пониманием того, что такие пожертвования ни

в коей мере не являются условием нашего членства в АА. Именно

такое использование наших денег сейчас признается всеми и с неко-

торыми оговорками здесь мало поводов для беспокойства о неблаго-

приятных и далеко идущих последствиях.


И все же некоторая озабоченность сохраняется в основном в связи

с нашими клубами, местными службами и Бюро Обслуживания АА.

Из-за того, что эти службы обычно нанимают оплачиваемых сотруд-

ников и их деятельность предполагает определенное наличие дело-

вых операций, иногда возникает ощущение, что мы можем увязнуть

в трясине бюрократизма или, что того хуже, в прямой профессиона-

лизации АА. Хотя следует сказать, что подобные сомнения не всегда

выглядят необоснованными, у нас уже имеется достаточный опыт,

чтобы в значительной мере их развеять.


Начнем с того, что представляется безусловным: у нас нет ника-

кой необходимости находиться под пятой наших клубов, местных

служб или Бюро Обслуживания АА в Нью-Йорке. Это учреждения

по обслуживанию - они не могут по настоящему контролировать или

управлять АА. Если какое-то из них станет неэффективным или нач-

нет давить, найдется достаточно простое средство, чтобы это пре-

сечь. Средний член АА прекратит свою финансовую поддержку на

время, пока положение не изменится. Так как членство в АА не зави-

сит от взносов, мы всегда можем «принять наши специальные служ-

бы или оставить их в покое». Эти службы должны всегда хорошо нас

обслуживать или выйти из дела. Так как никто не обязан поддержи-

вать их, они не могут диктовать. Равным образом они не могут и от-

клоняться от основных положений Традиций АА на долгое время.


В прямом соответствии с принципом «принять или оставить в по-

кое» налицо обнадеживающая тенденция к раздельному созданию

всех этих специальных структур, когда вовлекается большой объ-

ем денежных средств, собственности, управления. Все более и бо-

лее группы АА начинают понимать, что они являются духовными

структурами, а не коммерческие предприятия. Конечно, небольшие

клубные помещения и помещения для собраний часто остаются без

органов управления, поскольку их деловая сторона является чисто

номинальной. Но в связи с большим ростом обычно принято считать

разумным создание специальных органов и отделение клуба от окру-

жающих групп. Тогда поддержка клуба становится личным делом, а

не делом группы. Однако если клуб имеет секретаря центрального

офиса, который обслуживает прилегающий регион, то только спра-

ведливо, если казначеи групп этого района помогут в оплате такого

расхода, так как такой секретарь обслуживает все группы, хотя сам

по себе клуб может этого и не делать. Наше развитие в больших цен-

трах АА начинает весьма ясно указывать на то, что оказывать по-

мощь для оплаты услуг секретаря является правильным делом для

сети групп или их интергруппы, но не дело группы или комитета

оказывать финансовую поддержку клубам. Не всех членов АА забо-

тят клубы. Поэтому поддержка клубов должна в основном исходить

от тех отдельных членов АА, которым они нужны и нравятся. Таких,

кстати, большинство. Но это большинство не должно принуждать

меньшинство поддерживать клубы, которые им не нужны.


Конечно, клубы получают определенную финансовую помощь и от

собраний, которые в них проводятся. Там, где общие собрания ре-

гиона проводятся в клубе, принято делить собранные деньги между

ним и центральным комитетом, причем, значительная доля средств

идет клубу, поскольку он предоставляет помещения. Такой же по-

рядок расчетов может быть применен и между клубом и какой-либо

группой, которая хочет использовать его для собраний или развлече-

ний. Вообще-то говоря, совет директоров клуба следит за финанса-

ми и общественной жизнью этого учреждения, а вот непосредствен-

ные дела АА остаются функцией самих групп. Такое разделение

функций ни в коем случае не является повсеместным правилом. Оно

предлагается только как рекомендация, которая, однако, во многом

соответствует существующим тенденциям.


Большой клуб или центральный офис обычно подразумевает одно-

го или более оплачиваемых сотрудников. Как тут быть? Становится

ли из-за них АА профессиональной организацией? Всякий раз, когда

клуб или комитет разрастается настолько, что ему требуется плат-

ная помощь, на эту тему разгораются горячие споры. Все мы много

и неоднозначно размышляли на эту тему. И я один из первых, кто

склонен признать здесь свою вину.


Обычная причина отсутствия четкого мнения - страх. Для каждого

из нас идеал АА, как бы ни были мы далеки от него сами, представ-

ляет собой нечто прекрасное и совершенное. Это - сила, более могу-

щественная, чем мы, которая вытащила нас из трясины и поставила

на твердую почву. Малейший намек на замутнение нашего идеала, не

говоря уже о его подмене на золото, для большинства из нас просто

немыслим. Отсюда наша постоянная настороженность. Зачем заво-

дить внутри АА прослойку оплачиваемых профессионалов или мис-

сионеров, если каждый из нас является по-своему профессионалом

и миссионером доброй воли, а потому нет никакой нужды платить

кому бы то ни было за простую работу по Двенадцатому Шагу - делу

чисто духовному. Хотя я и считаю, что всякий страх достоин сожа-

ления, не могу не признаться, что доволен подобным проявлением

бдительности с нашей стороны в столь ответственном вопросе.


И все же существует принцип, на основе которого, я думаю, мы мо-

жем справедливо разрешить нашу дилемму. Он заключается в сле-

дующем: уборщица может подметать полы, повар готовить - мясо,

дежурный - удалить беспокойного пьяного, секретарь - работать в

офисе, редактор - выпускать газету - все это, я уверен, не превращая

АА в профессиональную организацию. Если бы мы не делали этого

сами, нам пришлось бы нанимать неалкоголиков. Мы ведь не стали

бы их просить делать все это бесплатно в течение полного рабочего

дня. Тогда почему же некоторые из нас, зарабатывающих прилич-

ные деньги «в миру», считают, что другие члены АА должны быть

уборщиками, поварами, секретарями полный рабочий день? Почему

они будут работать бесплатно там, где мы сами не можем или не

хотим? Или, если на то пошло, почему им должны платить меньше,

чем за ту же работу где-то еще? И какая разница, если в ходе выпол-

нения своих обязанностей они будут еще и вести какую-то работу

по Двенадцатому Шагу? Очевидно лишь неукоснительное соблюде-

ние принципа: хорошо оплачивать специальные услуги, но ни в коем

случае не работу по Двенадцатому Шагу.


В каком же тогда случае организация АА может стать профессио-

нальной? Это очень просто понять на следующем примере. Я сни-

маю контору и вешаю на двери табличку с надписью: «Билл У. - врач

АА. Плата - 10 долларов в час». Это - непосредственное лечение

алкоголизма за плату. Тем самым я спекулирую именем АА, чисто

непрофессиональной организации, чтобы расширить свою практи-

ку. Это и было бы профессионализацией АА, да еще какой! Вполне

законной, но вряд ли этичной.


Но значит ли это, что мы должны подвергать критике врачей в це-

лом, даже членов АА, которые пожелают работать в этой области?

Вовсе нет. Просто никто не должен рекламировать себя как врач от

АНОНИМНЫХ АЛКОГОЛИКОВ. Поскольку мы строго непрофес-

сиональная организация, таких вещей быть не должно. Такого ис-

кажения Традиций никто из нас себе позволить не может. Подобно

тому как теннисист расстается со своим статусом любителя, стано-

вясь профессионалом, так и членам АА, становясь медицинскими

работниками, следует прекратить афишировать свою связь с АА.

Хотя я и сомневаюсь, что многие члены АА когда-либо займутся

лечением алкоголизма, запретить этого никому нельзя, особенно

если они являются подготовленными работниками социального обе-

спечения, психологами или психиатрами. Но, конечно, они никогда

не должны публично использовать свою связь с АА или давать лю-

дям почувствовать, что внутри АА существует такой особый класс.

Именно здесь все мы должны провести разграничение.


Подводя итоги, мы увидели, что:

(а) Использование денег в АА является делом первостепенной важ-

ности. Мы должны бдительно следить за тем, где кончается их пра-

вильное использование и начинается злоупотребление.

(б) АА уже вынуждено заниматься компетентным использованием

денег, так как мы и не думаем отказываться от наших офисов, по-

мещений для проведения собраний и клубов просто ради полного

отказа от финансов.

(в) Сегодня наша реальная проблема состоит в том, чтобы устано-

вить разумные и традиционные ограничения в нашем использова-

нии денег, сводя таким образом к минимуму их разрушительную

тенденцию.

(г) Добровольные пожертвования членов АА должны быть нашим

основным и в конечном итоге единственным видом финансовой под-

держки. Такое самообеспечение будет всегда препятствовать выходу

наших клубов и офисов из-под контроля, так как их будет легко ли-

шить средств, если они станут недостаточно хорошо нас обслужи-

вать.

(д) Мы считаем в целом разумным, отдельно регистрировать те спе-

циальные учреждения, которые требуют большого объема денежных

средств или управления. Группа АА - это духовное объединение, а

не коммерческое предприятие.

(е) Мы должны избегать профессионализации АА любой ценой.

Простая работа по Двенадцатому Шагу никогда не должна оплачи-

ваться. Членам АА, занимающимся лечением алкоголизма, никогда

не следует использовать свою связь с АА в личных целях. Нет и ни-

когда не должно быть такого понятия, как «врач АА».

(ж) Однако мы можем нанимать членов АА в качестве штатных со-

трудников при условии, что они имеют законные обязанности поми-

мо нормальной работы по Двенадцатому Шагу. К примеру, мы безу-

словно можем нанимать секретарей, завхозов и поваров, не делая их

профессиональными членами АА.


Продолжая разговор о профессионализме, следует оговорить и та-

кой случай.


Члены АА часто обращаются в местные комитеты или Фонд Алко-

голиков за консультациям по поводу предложений, которые они по-

лучают от разных организаций и предприятий. Больницы просят се-

стер и врачей членов АА, клиникам требуются члены АА для работы

в органах социального обеспечения, университетам - для работы в

области образования по вопросам алкоголизма, а промышленность

просит рекомендовать членов АА для работы с кадрами. Можем

ли мы, действуя как частные лица, принимать такие предложения?

Большинство из нас не видит причины для отказа.


Все сводится к следующему. Имеем ли мы, члены АА, право отка-

зывать обществу в пользе от нашего особого понимания алкогольной

проблемы? Должны ли мы сказать обществу, что мы не можем брать

на себя такую миссию, хотя среди нас есть великолепные сестры,

врачи, работники социальной сферы или преподаватели в области

алкогольных проблем? Это было бы наверняка надуманным и даже

нелепым. Несомненно, ни одному члену АА нельзя запретить такое

занятие из-за того, что он состоит в АА. Ему только надо избегать

«терапии АА» и любых действий или высказываний, которые могли

бы повредить АА как целому. Кроме того, он должен иметь такую же

профессиональную подготовку, как и неалкоголик, который в про-

тивном случае получит эту работу и возможно выполнит ее в поло-

вину хуже. На самом деле, я думаю, есть и такие члены АА, которые

работают барменами. Хотя по очевидным причинам, работа бармена

и не очень желательное для них занятие, я ни разу еще не слышал,

чтобы кто-нибудь указывал на то, что эти немногие члены АА про-

фессионализируют Содружество в силу своего слишком хорошего

знакомства с барами!


Когда-то мы полагали, что у АА должны быть свои больницы, дома

отдыха и фермы. Сейчас мы убеждены, что ничего подобного у нас

быть не должно. Даже наши клубы, хотя и присутствуют в жизни

АА, но находятся несколько в стороне. И практически по всеобщему

мнению, места для отдыха и госпитализации должны определенно

находиться вне АА, а последние - под медицинским наблюдением.

Госпитализация - это определенно дело врача, конечно же, при под-

держке частных лиц и общественности. Но это никак не является

функцией АА с точки зрения управления или собственности. Мы по-

всеместно сотрудничаем с больницами. Многие предоставляют нам

особые льготы и условия для работы. Некоторые консультируются с

нами. Некоторые нанимают членов АА в качестве сестер или сани-

таров. Такие отношения почти всегда дают хорошие результаты. Но

ни одно из этих учреждений не известно как «Больница АА».


Теперь относительно пожертвований или выплат АА из посторон-

них источников. Было такое время несколько лет назад, когда мы

отчаянно нуждались в небольшой посторонней помощи. Мы ее по-

лучили. И мы всегда будем благодарны этим преданным друзьям,

чьи пожертвования сделали возможным появление Фонда Алкоголи-

ков, книги «Анонимные Алкоголики» и нашего Офиса по Обслужи-

ванию. На небесах наверняка припасено место для каждого из них.

Они здорово помогли нам, ибо в те дни нас было очень мало, и мы

были очень бедны.


Но времена изменились. Сейчас Анонимные Алкоголики насчиты-

вают тысячи членов , чьи ежегодные заработки в общей сложности

составляют многие миллионы долларов. Отсюда и крепнущее убеж-

дение среди нас, что АА должно находиться на самообеспечении.

Так как большинство членов считают, что обязаны движению самой

своей жизнью, они убеждены, что мы, члены АА, должны оплачи-

вать эти очень скромные расходы организации. И не пора ли нам,

спрашивают они, пересмотреть распространенное мнение о том, что

алкоголик - это человек, которому всегда нужно помогать и чаще

всего деньгами? Давайте, говорят они, больше не будем брать у об-

щества. Вместо этого будем отдавать. Сейчас мы уже не беспомощ-

ны и не сидим без цента в кармане. Если завтра можно было бы дать

публикацию, что каждая группа АА стала полностью себя обеспечи-

вать, то, возможно, ничто другое не вызвало бы в наш адрес более

доброго отношения, чем такое заявление. Пусть наша щедрая обще-

ственность отдает свои средства на исследование алкогольной про-

блемы, госпитализацию или образование. В этих сферах деятельно-

сти действительно необ-ходимы деньги. Нам же они не нужны. Мы

больше не нищие. Мы можем и должны оплачивать свои дела.

Конечно, вряд ли можно считать исключением из принципа само-

обеспечения, если друг неалкоголик придет на открытое собрание и

бросит в шляпу свой доллар.


Но нас беспокоят не эти маленькие проявления уважения. Большие

пожертвования, особенно те, которые могут повлечь обязательства

в будущем, - вот что должно заставить нас задуматься. Еще имеют-

ся также свидетельства, что богатые люди завещают свои средства

для АА, полагая, что мы нашли бы применение большим деньгам,

будь у нас таковые. Разве не стоит их отговаривать от этого? И уже

было несколько тревожных случаев сбора средств под именем АА

у общественности. Мало кто из членов АА не поймет, куда может

завести нас такой путь. Сплошь и рядом нам предлагают деньги от

так называемых «мокрых» или «сухих» источников. Это явно опас-

но, ибо мы должны держаться в стороне от этих нездоровых споров.

То и дело родители алкоголиков просто из чувства благодарности

желают сделать щедрые пожертвования. Разве это разумно? Будет

ли это хорошо для самого алкоголика? Возможно, богатый член АА

захочет сделать щедрый дар. Будет ли это хорошо для него или для

нас? Не почувствуем ли мы себя в долгу перед ним, и не может ли он

решить, особенно если это новичок, что купил счастливый билет до

места назначения - трезвости?


Мы ни в коем случае никогда не подвергали сомнению истинную

щедрость этих людей. Но разумно ли принимать их дары? Хотя мо-

гут быть и редкие исключе-ния, я разделяю мнение большинства

старых членов АА, что принятие больших пожертвований от любого

источника является весьма сомнительным, и почти что всегда пред-

ставляет собой опасную практику. Верно, бедствующий клуб может

крайне нуждаться в дружеском подарке или займе. Даже и в таком

случае было бы лучше в конечном счете платить согласно нашим по-

ступлениям. Мы никогда не должны допускать, чтобы нас ослепила

сиюминутная выгода, какой бы привлекательной она ни была, ибо

существует возможность создания гибельного прецедента на буду-

щее. Раздоры по поводу денег и собственности слишком часто раз-

рушали общества даже более возвышенные, чем наше, состоящее из

темпераментных алкоголиков!


С чувством глубочайшей благодарности и удовлетворения я могу

сообщить вам о недавней резолюции, принятой нашим комитетом

по общему обслуживанию, членами правления Фонда Алкоголиков,

которые являются хранителями средств АА в нашей стране. Как

принцип своей политики, они официально провозгласили, что будут

отвергать любые дары, сопровождаемые хоть малейшим обязатель-

ством, будь оно выражено прямо или косвенно. И далее, Фонд не

будет принимать никакой выручки, которая может быть предложена

от любого коммерческого источника. Как знает большинство чита-

телей, недавно к нам обратился ряд киностудий по поводу произ-

водства фильма об АА. Естественно встал вопрос о деньгах. Но

наши доверенные лица - и, я думаю, они поступили очень правиль-

но - полагают, что АА нечего продавать, что мы все хотим избежать

даже намека на коммерцию, и что, вообще-то говоря, АА сейчас на-

ходится на самообеспечении.


По моему мнению, это решение имеет громадное значение для на-

шего будущего - очень большой шаг в верном направлении. Когда

подобное отношение к деньгам станет всеобщим по всему Содруже-

ству АА, мы наконец-то обойдем этот золотой, соблазнительный, но

очень коварный подводный камень под названием «материализм».


В предстоящие годы Содружеству Анонимных Алкоголиков при-

дется пройти тяжелейшую проверку - проверку великим искуше-

нием его собственных успехов и процветания. Думаю, это станет

величайшим испытанием. Стоит нам его только выдержать, и тогда

волны времени и обстоятельств могут тщетно обрушиваться на нас.

Наша будущая судьба сохраниться в безопасности!

АА и Алкоголизм

Данное заявление о политике АА в отношении обще-

ственности и других организаций было неоднократно

подтверждено Конференцией по Обслуживанию АА. Оно

также приводится в брошюре «Как члены АА сотрудни-

чают с профессионалами» - издании, полезном для при-

менения наших Традиций в жизни АА.


Анонимные Алкоголики - это всемирное Содружество мужчин

и женщин, которые помогают друг другу остаться трезвыми и

бесплатно делятся своим опытом исцеления с теми, у кого, возмож-

но, имеются проблемы с употреблением спиртного. Программа АА

заключается в основном в Двенадцати Шагах, предназначенных для

личного исцеления от алкоголизма.


Деятельность Содружества осуществляется посредством более чем

100 000 местных групп приблизительно в 150 странах. Сотни тысяч

алкоголиков обрели трезвость в АА, однако его члены признают, что

их Программа не всегда эффективна для всех алкоголиков и что не-

которым из них могут понадобиться профессиональные консульта-

ции или лечение.


АА волнует только личное исцеление и сохранение трезвости алко-

голиков, которые обращаются в Содружество за помощью. Движе-

ние не занимается исследованиями в области алкоголизма, медицин-

ским или психиатрическим лечением и не поддерживает какие бы то

ни было организации, хотя члены АА часто занимаются подобной

деятельностью как частные лица.


Движение одобрило политику «сотрудничества, но не присоедине-

ния» к другим организациям, чья деятельность связана с проблема-

ми алкоголизма.


Анонимные Алкоголики содержат себя сами с помощью своих

членов и групп и отказываются от пожертвований из посторонних

источников. Члены АА сохраняют личную анонимность на уровне

прессы, кино, радио и телевидения.

Будет ли когда-нибудь у АА свое правительство?

- 1947 -


Сегодня Девятая Традиция гласит:

«Содружеству АА никогда не следует обзаводиться

жесткой системой управления; однако мы можем соз-

давать службы или комитеты, непосредственно подчи-

ненные тем, кого они обслуживают.»


Ответить на этот вопрос можно практически с полной уверенно-

стью: «Нет». Таков будет четкий приговор, исходя из нашего

опыта.


Начнем с того, что каждый член АА был человеком, которому из-за

своего алкоголизма редко удавалось управлять даже самим собой.

Точно также и ни одно другое человеческое существо не смогло

бы управлять тягой алкоголика к спиртному, его стремлением все

сделать по-своему. Сколько раз семьи, друзья, работодатели, врачи,

священнослужители и судьи пытались собственноручно призывать

алкоголиков к порядку. И практически всегда, за редчайшими ис-

ключениями, эти попытки добиться чего-либо силой терпели пол-

ную неудачу. Но все же нас, алкоголиков, можно как-то направить,

на что-то воодушевить: мы можем прийти и с удовольствием ходим

в АА, можем уступать воле Бога. Отсюда неудивительно, что един-

ственным настоящим авторитетом, который найдется в АА, являют-

ся именно духовные принципы.


Наш бессмысленный индивидуализм (эгоцентризм, если вам боль-

ше нравиться) был, конечно же, основной причиной того, что жизнь

у всех нас не ладилась и все мы попали под власть алкоголя. Когда

нам не удавалось заставить других соответствовать нашим планам

и желаниям, мы пили. Когда нас заставляли другие, мы тоже пили.

И хотя сейчас мы трезвы, мы по-прежнему испытываем сильное по-

хмелье от тех изначальных особенностей характера, которые застав-

ляли нас сопротивляться власти. В этом, вероятно, заключается ключ

к отсутствию управления личностью в АА: никаких вступительных

и членских взносов, никаких правил и ограничений, никаких требо-

ваний подчиняться принципам АА, никто никого не назначает кем-

то командовать. Мы не золото, но наша антипатия к подчинению

прекрасно гарантирует нам свободу от личного господства в любой

форме.


И все же остается фактом, что большинство из нас в своей жизни

следует Двенадцати Рекомендуемым Шагам к исцелению. Однако

выбор остается за нами. Мы предпочитаем исцеление смерти. Затем

мало-помалу мы осознаем, что наилучшей основой в жизни являет-

ся духовность. Мы соглашаемся, потому что у нас есть желание это

делать. Точно так же большинство групп АА приходят к стремлению

следовать «Двенадцати Пунктам Традиций, обеспечивающих наше

будущее». Группы хотят избежать споров по посторонним вопро-

сам, таких как политические реформы или религия, они стремятся

к единственной цели - помочь алкоголикам обрести трезвость. Они

все больше опираются на самообеспечение, а не на благотворитель-

ность со стороны. Все больше и больше они настаивают на скром-

ности и анонимности в отношениях с общественностью. Группы АА

следуют этим и другим традиционным принципам по той же самой

причине, из-за которой отдельный член АА делает Двенадцать Ша-

гов к исцелению. Группы понимают, что не делай они этого, они бы

развалились, а вскоре группы обнаруживают, что приверженность

нашим традициям и опыту является основой для их более счастли-

вой и плодотворной жизни.


В АА нигде не найдется назначенное начальство в лице людей, ко-

торые могли бы заставить группу что-либо делать. Некоторые груп-

пы, к примеру, выбирают своих лидеров. Но даже с таким мандатом

любой лидер вскоре обнаруживает, что он может всего лишь направ-

лять и убеждать собственным примером, но никак не руководить, а

не то на следующих выборах его прокатят.


Большинство групп АА даже не выбирают лидеров. Они предпо-

читают, чтобы их простые дела решались выборными комитетами.

Эти комитеты неизменно считаются обслуживающими: у них нет

никакого права командовать - только служить. Каждый комитет осу-

ществляет лишь то, что он считает пожеланиями своей группы. И

только. Несмотря на то что порой комитеты АА пытаются указывать

членам группы, как им следует двигаться, иногда устанавливают

мелкие инструкции и правила, то и дело возводят себя в ранг имею-

щих право судить о личном моральном облике других, мне еще не

известно случая, когда хоть одна из этих с виду полезных затей про-

должалась бы достаточно долго, за исключением, возможно, самих

выборов нового комитета!


И конечно же я могу высказывать подобные утверждения с огром-

нейшей уверенностью, ибо в свою очередь и сам приложил руку к

попыткам управлять АА. И каждый раз, когда я усиленно пытался

это делать, меня ставили на место.


После нескольких лет стараний управиться с движением АА мне

пришлось оставить эти попытки - это просто не работало. Деспо-

тичные заявления, подкрепленные моим личным авторитетом, вы-

зывали разброд и сопротивление. Когда в спорах я принимал чью-то

сторону, одни радостно начинали меня цитировать, в то время как

другие ворчали: «Да что этот диктатор о себе возомнил?» Если я

резко критиковал, то обычно критики получал в ответ вдвое боль-

ше. Личная власть всегда терпела неудачу. Тут я вижу улыбки моих

более старых друзей по АА при воспоминании о тех временах, ког-

да они сами тоже ощущали громкий зов «спасти движение АА» от

кого-то или от чего-то. Однако минули дни, когда они играли в «фа-

рисеев». Вот поэтому небольшие правила «Не суетись» и «Живи и

давай жить» должны были обрести глубокое значение и важность и

для меня и для них. Таким образом, каждый из нас учиться тому, что

в АА можно быть только слугой.


Здесь, в Офисе по Обслуживанию, мы давно уже знаем, что мо-

жем всего лишь обеспечивать оказание определенных незаменимых

услуг. Мы можем обеспечивать информацией и литературой; можем

обычно сказать, что думает большинство членов АА относительно

наших текущих проблем; можем помочь в организации новых групп,

дать совет, если об этом попросят; можем следить за отношениями

АА с общественностью в целом; иногда можем содействовать в ре-

шении трудностей. Аналогично редакторы нашего ежемесячного

журнала «АА Грейпвайн» считают себя всего лишь зеркалом, отра-

жающим текущие мысли и жизнь АА. Осуществляя служение су-

губо в этом качестве, они не могут править или пропагандировать.

Точно так же и члены правления Фонда Алкоголиков знают, что они

являются просто попечителями - попечителями, которые гаранти-

руют эффективность Центрального Офиса по Обслуживанию АА и

журнала «АА Грейпвайн», хранителями наших общих финансовых

средств и Традиций, опекунами, но и только.


Совершенно ясно и очевидно, что даже здесь, в самом центре АА,

может существовать лишь центр обслуживания - члены Совета, ре-

дакторы, секретари и прочие работники, каждый из которых обяза-

тельно осуществляет какую-то специфическую жизненно важную

деятельность, однако ни один из них не наделяется правом управ-

лять АА.


Что таких центров обслуживания - международных, национальных,

городских или региональных - будет достаточно и в будущем, у меня

нет никаких сомнений. До тех пор, пока в этих центрах мы избегаем

опасного накопления денег или роста личной власти, мы не собьем-

ся с пути. В то время как богатство и власть лежат в основе многих

достойных организаций, мы в АА теперь осознаём и весьма глубоко,

что это не для нас. Разве не бывает так, что пища одного человека

оказывается ядом для другого?


Не лучше ли нам будет, если мы, наоборот, сможем в какой-то сте-

пени придерживаться братских идеалов ранних францисканцев?

Давайте все мы, кто в АА - попечители, редакторы, секретари, убор-

щики или те, кто заваривает чай или кофе, - всегда будем помнить о

незначительности богатства или власти, по сравнению с огромной

важностью нашего чувства братства, любви и служения.

Анонимность

- 1946 -

Одна из первых статей о наших

жизненно важных Традициях анонимности

В предстоящие годы принцип анонимности несомненно станет

частью наших жизненно важных традиций. Даже сейчас мы уже

ощущаем его практическую ценность. Но что еще более важно, мы

начинаем ощущать, что слово «анонимные» имеет для нас огромное

духовное значение. Неуловимо, но властно оно напоминает нам, что

мы всегда должны ставить принципы выше личностей, что мы от-

казались от личного бахвальства на людях, что наше движение не

только проповедует, но и применяет на деле истинное смирение. В

том, что практика анонимности в наших отношениях с общественно-

стью уже оказала громадное влияние и на нас и на миллионы наших

друзей из внешнего мира, вряд ли стоит сомневаться. Анонимность

уже является краеугольным камнем политики в наших отношениях

с общественностью.


То, как эта идея возникла и последовательно нами овладела, пред-

ставляет собой интересную часть истории АА. В годы, предше-

ствующие изданию книги «Анонимные Алкоголики», у нас не было

никакого имени. Безымянные, бесформенные, когда наши основные

принципы выздоровления все еще оспаривались и проверялись, мы

были просто группой пьяниц, которые нащупывали свой путь по до-

роге, которая, как мы надеялись, приведет нас к свободе. Как только

мы убедились, что стоим на верном пути, мы решили написать кни-

гу, в которой могли бы сообщить другим алкоголикам эту добрую

новость. По мере того как книга обретала форму, мы вносили в нее

суть нашего опыта. Она стала результатом тысяч часов дискуссий.

Книга действительно представляла собой коллективный голос, отра-

жала душу и сознание тех, кто прокладывали путь в первые четыре

года существования АА.


До самого выхода книги в свет мы ломали голову в поисках под-

ходящего названия. Было рассмотрено по меньшей мере двести ва-

риантов. Придумывать названия и голосовать по этому поводу на

собраниях стало одним из основных наших занятий. Большая пута-

ница в спорах и обсуждениях, в конце концов, свелась к выбору из

двух названий. Как нам следует назвать нашу книгу: «Выход» или

«Анонимные Алкоголики»? - так стоял окончательный вопрос. В по-

следнюю минуту в группах Акрона и Нью-Йорка было проведено

голосование. Незначительным большинством голосов было принято

решение назвать книгу «Выход». Мы уже было собрались идти в ти-

пографию, как тут кто-то высказал мысль, что могут существовать и

другие книги с таким же названием. Один из наших первых членов-

одиночек (дорогой старина Фиц М., который жил тогда в Вашингто-

не) отправился выяснить это в Библиотеку Конгресса. Там он нашел

ровно двенадцать книг под названием «Выход». Известие повергло

нас в шок - мы могли бы стать «Тринадцатым выходом». И мы оста-

новились на «Анонимных Алкоголиках». Так появились не только

название книги о нашем опыте и название нашего движения, но и,

как мы сейчас видим, традиция величайшего духовного значения.

Бог действительно творит свои чудеса непостижимым образом!


В книге «Анонимные Алкоголики» принцип анонимности упоми-

нается только три раза. В предисловии к нашему первому изданию

говорится: «Будучи в большинстве своем бизнесменами или спе-

циалистами, некоторые из нас не смогли бы сохранить работу, если

бы стало известно, кто мы такие», и «Мы призываем каждого члена

нашего Содружества не называть свою фамилию, обращаясь устно

или письменно к публике по вопросам алкоголизма. Можно предста-

виться как «член Содружества Анонимных Алкоголиков»», и далее:

«Со всей серьезностью мы просим работников прессы соблюдать

нашу просьбу, ибо в противном случае мы попадем в чрезвычайно

затруднительное положение».


После публикации книги в 1939 году появились сотни групп АА.

Все они задают такие вопросы: «До каких пределов мы должны

быть анонимны?» и «В конце концов, что хорошего в этом принци-

пе анонимности?» В значительной степени каждая группа истолко-

вывает это по-своему. Вполне естественно, среди нас существуют

большие различия во мнениях. Что означает наша анонимность и

как далеко она должна заходить - эти вопросы остаются нерешен-

ными. Мы больше не боимся как прежде клейма алкоголизма, но все

же встречаются люди, крайне чувствительные к своей связи с нами.

Кто-то приходит под вымышленным именем. Кто-то берет с нас

клятву соблюдения строжайшей тайны. Они боятся, что их связь с

АА может повредить их положению на работе или в обществе. Про-

тивоположного мнения придерживается тот, кто заявляет, что ано-

нимность - во многом детская чепуха. Такой человек полагает, что

его прямая обязанность кричать на каждом углу о своем членстве в

АА. Он ссылается на то, что в нашем обществе есть люди известные

всей стране. Почему бы нам, спрашивает он, не извлечь выгоду от их

престижного положения, как это сделала бы любая другая организа-

ция? Между этими крайностями существует масса других мнений.

Некоторые группы, особенно только образовавшиеся, ведут себя как

тайные общества. Они не допускают присутствия на своих собрани-

ях священнослужителей, врачей и даже собственных жен. А о том,

что-бы пригласить журналиста, вообще не может быть и речи!


В то же время есть группы, которые полагают, что окружающие

должны знать об Анонимных Алкоголиках все. Хотя они и не печа-

тают фамилий, они используют любую возможность для рекламы

деятельности своей группы. Время от времени они проводят обще-

ственные или открытые собрания, где члены АА выходят на трибуну

под собственным именем. На такие мероприятия часто приглашают-

ся врачи, священники и общественные деятели. Некоторые члены

АА полностью порвали со своей анонимностью. Имена этих людей,

фотографии и сообщения об их личной деятельности появились в

открытой печати. Иногда они подписывались своим именем как чле-

ны АА в статьях, рассказывающих об их членстве в АА.


Таким образом, в то время как вполне очевидно, что большинство

из нас верят в анонимность, соблюдение принципа анонимности на

практике трактуется очень широко. Да, мы должны понять, что бу-

дущая безопасность и эффективность движения АА может зависеть

от мер предосторожности.


Жизненно важный вопрос стоит так: где именно мы должны опре-

делить ту точку, когда заканчивается личность, и начинается ано-

нимность?


На самом деле, не многие из нас соблюдают анонимность в нашей

повседневной жизни. На этом уровне мы отбросили анонимность,

так как полагаем, что наши друзья и товарищи должны знать об АА

и о том, что оно для нас сделало. Мы также хотим не бояться при-

знавать то, что мы являемся алкоголиками. Хотя мы всерьез просим

журналистов не раскрывать нашей анонимности, мы часто выступа-

ем на общественных собраниях под настоящими именами. Мы хо-

тим внушить нашим слушателям, что наш алкоголизм - это болезнь,

которую мы больше не боимся ни перед кем обсуждать. Хорошо,

пока это так.


Однако, как только мы рискнем перейти эту грань, мы наверняка

утратим принцип анонимности. Если бы каждый член АА почув-

ствовал, что имеет право опубликовать свои фамилию, портрет и

историю жизни, мы бы вскоре окунулись в беспредельную оргию

личной известности. Не здесь ли и лежит граница, соблюдать кото-

рую мы обязаны по одной из самых устойчивых традиций?

Следовательно, это должно быть личным выбором каждого члена

АА - прикрываться собственной анонимностью в той степени, в ко-

торой он пожелает. Его товарищ по АА должен уважать такие поже-

лания и помогать сохранять принятый статус.


И наоборот, отдельный член АА должен уважать мнения своей груп-

пы в вопросе анонимности. Если члены его группы желают быть

менее заметными в своей округе, чем он, то ему следует соблюдать

это положение, пока они не переменят своих взглядов.


Общепринятым должно быть правило, по которому ни один член

АА не имеет права публиковать свою фамилию или портрет в сред-

ствах массовой информации, если материалы связаны с какой-либо

деятельностью АА. Это, однако, не ограничивает использование его

имени в других видах общественной деятельности при условии, ко-

нечно, что он не раскрывает своего членства в АА.


Если эти предложения или их варианты следует принять как общее

направление нашей политики, то каждый член АА захочет побольше

узнать о накопленном нами опыте. Он наверняка пожелает узнать

сегодняшнее мнение большинства старых членов АА по вопросу

анонимности. Целью настоящего раздела будет донесение до каждо-

го того опыта, который у нас имеется в настоящее время.


Во-первых, я думаю, большинство из нас согласится с тем, что об-

щая идея анонимности является правильной, так как она побужда-

ет алкоголиков и их семьи обращаться к нам за помощью. Все еще

опасаясь быть скомпрометированными, они рассматривают аноним-

ность как гарантию того, что их проблемы будут сохранены втайне

- скелет алкоголика из семейного шкафа не станет разгуливать по

улицам.


Во-вторых, политика анонимности является защитой нашего дела.

Она предохраняет наших основателей, или так называемых лидеров,

от того, что став широко известными людьми и постоянно рискуя на-

питься, они могут испортить репутацию АА. И не нужно говорить,

что такого не может случиться. Может.


В-третьих, почти каждый пишущий о нас журналист поначалу

жалуется на трудность написания статьи без упоминания имен. Но

он быстро забывает об этом, как только понимает, что речь идет о

группе людей, которых совершенно не волнует личная выгода. Воз-

можно, впервые в своей жизни он пишет об организации, в которой

не желают какой-либо личной известности. Каким бы циничным он

ни был, такая очевидная искренность немедленно превращает его

в друга АА. Поэтому его статья - это всегда статья друга, а не про-

сто рутинный материал. Она полна энтузиазма, потому что автор и

сам испытывает это чувство. Люди часто спрашивают, каким обра-

зом Анонимным Алкоголикам удалось обеспечить себе такую бле-

стящую известность. Ответ кроется в том, что практически каждый,

кто пишет о нас, становится приверженцем АА, а иногда и фанатом.

Разве не наша политика анонимности является причиной этого фе-

номена?


В-четвертых, почему широкие круги общественности относятся к

нам так хорошо? Просто ли потому, что мы несем выздоровление

множеству алкоголиков? Нет, вряд ли это будет полным ответом. Ка-

кое бы впечатление мы не производили случаями своего исцеления,

обыватель больше всего интересуется нашим образом жизни. Устав

от навязчивой торговли, красочной рекламы и шумных обществен-

ных деятелей, он испытывает прилив сил от нашей скромности,

спокойствия и анонимности. Вполне возможно, он чувствует, как

благодаря этому возникает большая духовная сила, как что-то новое

входит в его собственную жизнь.


Если анонимность уже сделала все это для нас, мы, конечно же,

должны продолжать ее соблюдение как нашу общую политику. Бу-

дучи такой ценной для нас сегодня, она может стать неоценимым

достоянием в будущем. В духовном смысле, как инструмент общей

политики, анонимность равнозначна отказу от личного престижа. Я

уверен, что мы должны стараться сохранить этот мощный принцип;

нам следует принять решение никогда от него не отказываться.


Ну а как же с его применением? Так как мы объявляем об аноним-

ности каждому новому члену, мы, конечно, должны сохранять его

анонимность настолько, насколько он пожелает, потому что, когда

он о нас прочитал и пришел к нам, именно это мы и обязывались де-

лать. И даже если он захочет придти под вымышленным именем, мы

должны уверить его, что это возможно. Если он пожелает, чтобы мы

воздержались от обсуждения его случая с кем-либо, даже с другими

членами АА, мы обязаны уважать и это желание. В то время как

большинству новичков наплевать на то, кому известно об их алкого-

лизме, есть и такие, которых это очень беспокоит. Давайте же всяче-

ски охранять их до тех пор, пока они не преодолеют этого чувства.


Есть проблема и с новичком, который захочет слишком быстро по-

кончить со своей анонимностью. Он бежит ко всем друзьям с ра-

достной новостью об АА. Если группа не предупредит его, он может

прибежать в редакцию газеты или на радио, чтобы рассказать о себе

всему миру. Вполне вероятно, что он может в мельчайших подроб-

ностях рассказать о своей личной жизни, вскоре после чего обна-

ружит, что обладает слишком широкой известностью. Мы должны

подсказать ему, чтобы он не торопился, чтобы он сначала встал на

ноги, прежде чем говорить всем и каждому об АА; что никто не пре-

дает огласке дела АА без одобрения группы.


Затем есть проблема с анонимностью группы. Как и в случае с

отдельным лицом, группа тоже должна продвигаться вперед по воз-

можности осторожно, пока не наберется сил и опыта. Не следует

слишком торопиться с набором новых членов или с проведением

открытых собраний. В то же время такой начальный консерватизм

может быть и чрезмерным. Некоторые группы ведут работу год за

годом, избегая всякой известности и любых собраний с присутстви-

ем неалкоголиков. Такие группы растут медленно. Они становятся

неинтересными, поскольку в них нет достаточно быстрого притока

свежих сил. Озабоченные сохранением секретности, они забыва-

ют о своей обязанности перед другими алкоголиками, которые не

слышали о том, что в городе появилось АА. Но в конце концов эта

неразумная предосторожность исчезает. Постепенно некоторые со-

брания становятся открытыми для членов семей и друзей. То и дело

могут приглашаться священники и врачи. Наконец группа прибегает

к помощи местной газеты.


Во многих местах, но не всегда, для членов АА в обычае называть

свои имена, выступая на собраниях перед общественностью. Это де-

лается для того, чтобы показать аудитории, что мы больше не боим-

ся клейма алкоголизма. Однако если там присутствуют журналисты,

то их настоятельно просят не упоминать эти имена. Это сохраняет

принцип анонимности по отношению к широкой общественности

и в то же время представляет нас как группу алкоголиков, которые

больше не боятся, чтобы наши друзья узнали, какими больными

людьми мы были.


Итак, на практике принцип анонимности, по-видимому, сводится

к следующему: вопрос о том, как далеко каждый член или группа

АА должны заходить в соблюдении анонимности решается только

самим членом или соответствующей группой с одним очень важным

исключением. Вот это исключение: все группы или отдельные лица

при написании статей или при выступлениях для печати в качестве

членов АА обязаны никогда не раскрывать свое подлинное полное

имя. Именно здесь мы должны про-вести грань анонимности. Мы не

должны раскрывать себя широкой общественности через средства

массовой информации.


Каждый, кто нарушит свою анонимность, должен задуматься о том,

что он может создать прецедент, который способен в итоге погубить

драгоценный принцип. Мы никогда не должны позволить, чтобы

какая-либо сиюминутная выгода поколебала нас в нашей решимости

сохранить в неприкосновенности столь поистине жизненно важную

традицию.


Великая скромность и смирение необходимы каждому члену АА

для его собственного постоянного выздоровления. Если эти досто-

инства являются столь жизненно необходимыми для отдельной лич-

ности, то таковыми они должны быть и для АА в целом. Этот прин-

цип анонимности в отношениях с общественностью может, если

мы отнесемся к нему достаточно серьезно, навсегда гарантировать

движению АА его драгоценные свойства. Наша политика в отноше-

ниях с общественностью должна опираться в основном на принцип

привлекательности и чрезвычайно редко, если вообще когда-либо,

на пропаганде.

Почему анонимные алкоголики - анонимные?

- 1955 -

Что думал Билл У. об анонимности через 20 лет после создания АА.

Как никогда ранее, борьба за власть, влияние и богатство разрыва-

ет цивилизацию на части. Человек против человека, семья про-

тив семьи, группировка против группировки, нация против нации.


Почти все, кто поглощен этой жестокой борьбой, заявляют, что их

целью является мир и справедливость для них самих, их соседей и

их народов. Дайте нам власть - и у нас будет справедливость; дайте

нам известность - и мы будем примером; дайте нам денег - и мы

будем довольны и счастливы. По всему миру люди глубоко в это ве-

рят и ведут себя соответственно. Находясь в этом ужасном сухом за-

пое, общество, по-видимому, скатывается по пути, ведущем в тупик.

Ясно виден дорожный знак остановки. На нем начертано: «КАТА-

СТРОФА».


Что общего это имеет с анонимностью и Анонимными Алкого-

ликами? Мы, члены АА, должны это знать. Почти каждый из нас

прошел этой тупиковой тропой. Ведомые алкоголем и самооправда-

нием, многие из нас гнались за призраками престижа и денег прямо

до этого знака. Затем пришло АА. Мы развернулись и оказались на

прямом шоссе, где дорожные указатели ничего не говорили о вла-

сти, славе или богатстве. На новых знаках было написано: «Путь к

здравомыслию и душевному покою. Стоимость проезда - самопо-

жертвование».


В нашей новой книге «Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций»

утверждается, что: «анонимность является самой лучшей защитой,

которую может иметь наше Общество». Там же говорится, что: «Ду-

ховной сущностью анонимности является жертвенность».


Давайте обратимся к двадцатилетнему опыту АА и посмотрим, как

мы пришли к такому убеждению, которое сейчас выражается в на-

ших Одиннадцатой и Двенадцатой Традициях.


Вначале мы пожертвовали алкоголем. Мы должны были это сде-

лать, иначе бы он нас убил. Но мы не могли избавиться от алкоголя,

пока не принесли другие жертвы. Должны были исчезнуть снобизм

и ложное мышление. Мы должны были отбросить самооправдание,

жалость к себе и гнев. Мы должны были прекратить сумасшедшую

борьбу за личный престиж и солидный банковский счет. Мы должны

были взять личную ответственность за наше жалкое положение и

прекратить обвинять за него других.


Являлось ли это жертвой? Да, являлось. Для того чтобы приоб-

рести смирение и уважение к себе, достаточные для выживания, мы

должны были расстаться с тем, что было самым дорогим для нас, -

нашими амбициями и неоправданной гордыней.


Но даже этого было недостаточно. Жертвенность должна была

пойти намного дальше. Другие люди тоже должны были выиграть

от этого. Поэтому мы приступили к работе по Двенадцатому Шагу,

мы начали доносить идеи АА. Для этого мы жертвова-ли временем,

усилиями и своими деньгами. Мы не могли сохранить то, что имели,

пока не отдавали этого.


Разве мы требовали, чтобы наши новые кандидаты на членство в

АА давали нам что-нибудь? Разве мы претендовали на власть над

их жизнью, на известность за свою хорошую работу или хотя бы

на один цент из их денег? Нет. Мы обнаружили, что если бы мы

потребовали что-нибудь из этого, то наша работа по Двенадцатому

Шагу пошла бы насмарку. Таким образом, эти естественные жела-

ния должны были быть принесены в жертву. В противном случае

эти люди получили бы немного трезвости, а то и не получили бы ее

вовсе. Впрочем, соответственно, как и мы сами.


Так мы узнали, что жертва приносит двойную пользу, если вообще

приносит. Мы начали узнавать, как отдавать себя безвозмездно.


Когда начала создаваться первая группа АА, мы скоро узнали об

этом еще больше. Мы обнаружили, что каждый из нас должен был

приносить добровольные жертвы самой группе, жертвы для общего

блага. В свою очередь, группа увидела, что она должна поступиться

многими из своих прав для защиты и блага каждого члена и для АА

в целом. Эти жертвы должны были быть принесены, иначе АА не

смогло бы продолжать свое существование.


Из этого опыта и его осознания начали обретать формы и напол-

няться содержанием Двенадцать Традиций АА. Постепенно мы

увидели, что единство, эффективность и даже само существование

АА всегда будет зависеть от нашей постоянной готовности жертво-

вать нашими личными амбициями и желаниями ради общего блага

и безопасности. Точно так же, как жертва означала выживание для

отдельной личности, так она означает единство и выживание для

группы и всего Содружества АА.


В таком свете Двенадцать Традиций АА представляют собой не

более чем список жертв, которые, как показал двадцатилетний опыт,

мы должны принести (каждый в отдельности и все вместе) для того,

чтобы АА оставалось живым и здоровым.


В наших Двенадцати Традициях мы противопоставили себя почти

всем тенденциям во внешнем мире.


Мы отказались от своих органов управления, профессионализма и

права указывать, кто может быть нашим членом. Мы отказались от

практики «добрых дел», исправления и опеки. Мы отказываемся от

благотворительных денежных сумм и предпочитаем сами оплачи-

вать свои расходы. Мы будем сотрудничать практически с каждым

и в то же время не хотим ни с кем тесно связываться. Мы воздер-

живаемся от общественной полемики и не станем ссориться между

собой по поводу того, что разрывает общество на части - религии,

политики, реформ. У нас есть только одна цель: донести идеи АА до

больного алкоголика, который этого хочет.


Мы стоим на этой точке зрения вовсе не потому, что претендуем на

особую мудрость и достоинство. Мы делаем это потому, что тяжкий

опыт подсказал нам, что мы должны это делать для выживания АА в

нашем обезумевшем современном мире. Мы также отказываемся от

прав и приносим жертвы потому, что обязаны и, более того, хотим

делать это. АА сильнее любого из нас, оно должно продолжать жить,

иначе многие тысячи из нас наверняка умрут. Это мы знаем.


Ну и как же в эту картину вписывается анонимность? Что же это

такое? Почему мы считаем, что она является наилучшей и един-

ственной защитой, которую когда-либо может иметь АА? Почему

она является нашим величайшим символом личной жертвенности,

духовным ключом ко всем нашим Традициям и образу жизни в це-

лом?


Изложенный ниже отрывок из истории АА даст, как я глубоко на-

деюсь, ответ, который мы все ищем.


Много лет назад известный спортсмен стал трезвым благодаря АА.

Его возвращение в спорт было таким ярким, что пресса устроила

ему бурные овации и отдавала должное АА. Миллионы болельщиков

узнали, что он член АА. Это пошло на пользу: алкоголики хлынули

к нам косяками. Нам это нравилось. Я был особенно возбужден, по-

скольку это навело меня на кое-какие идеи.


Вскоре я взялся за дело, радостно раздавая личные интервью и фо-

тографии. К своему удовольствию я обнаружил, что способен, как и

этот спортсмен, производить фурор в прессе. Больше того, он не мог

угнаться за мной в популярности. Мне нужно было лишь продол-

жать свои поездки и выступления. Остальное делали местные груп-

пы АА и пресса. Я был поражен, просмотрев недавно эти старые

газетные статьи. Думаю, что в течение двух или трех лет я был в АА

нарушителем анонимности номер один.


Таким образом, я не могу винить ни одного члена АА, который

после этого был в центре внимания. Я сам много лет назад подал

главный пример.


В то время это выглядело целесообразным. Оправдавшись таким

образом, я это и проглотил. Какой восторг охватывал меня, когда я

читал статьи на развороте с указанием полного имени, с фотографи-

ей, о «брокере Билли», парне, который спасал пьяниц тысячами!


Затем это чистое небо стало слегка затягиваться облаками. По-

слышался ропот скептиков из АА: «Этот малый Билл берет на себя

слишком много. Доктор Боб не получает того, что ему положено».

Или еще: «Допустим, вся эта известность вскружит Биллу голову и

он на нашу беду напьется?»


Это уязвляло. Как они могли меня порицать, когда я делал так мно-

го хорошего? Я отвечал своим критикам, что это Америка, и они не

могут не знать, что я имею право на свободу слова. И что эта страна,

как и другие, управлялась хорошо известными лидерами. Аноним-

ность, может быть, и хороша для среднего члена АА. Но для основа-

телей должны быть исключения. Общественность безусловно имела

право знать кем были МЫ.


Истинные энтузиасты от АА (люди, как и я жаждущие престижа)

не заставили себя долго ждать. Они тоже хотели быть исключени-

ем. Они говорили, что анонимность перед широкой общественно-

стью - это для людей застенчивых, робких, а такие, как они, сме-

лые и мужественные, должны стоять в строю перед фотокамерами.

Такого рода мужество быстро покончит с клеймом на алкоголиках.

Общество сразу увидит, какие прекрасные граждане получаются из

выздоравливающих пьяниц. Таким образом, все больше и больше

членов порывали со своей анонимностью и все во благо АА. Что,

если пьяница сфотографировался рядом с губернатором? Оба, и он и

губернатор, заслуживали такой чести, разве не верно? Вот так мы и

покатились по дороге в тупик!


Следующее событие, связанное с нарушением анонимности, вы-

глядело в еще более розовом свете. Моя хорошая знакомая по АА

решила заняться просветительской работой по алкоголизму. Факуль-

тет одного крупного университета, занимающийся этой проблемой,

хотел, чтобы она выступала перед широкой общественностью и

разъясняла, что алкоголики - это больные люди и что здесь многое

можно сделать.


Моя знакомая была блестящим оратором и публицистом. Могла ли

она объявить широкой общественности, что является членом АА? А

почему бы и нет? Используя имя АА, она получила бы блестящую

рекламу для хорошего вида просвещения по вопросам алкоголя, а

также для АА. Я посчитал это отличной идеей и потому благословил

ее.


АА уже становилось знаменитым и приобрело имя. При его под-

держке и с ее большими способностями результаты не замедлили

сказаться. Моментально ее блестящие статьи о просветительском

проекте и об АА за ее подписью и с ее фотографией появились почти

в каждой крупной газете Северной Америки. Общественность стала

лучше разбираться в алкоголизме, улучшилось отношение к пьяни-

цам, а в АА появились новые члены. Конечно, в этом не могло быть

ничего плохого.


Но было и другое. Ради этой сиюминутной выгоды мы принимали

на себя последующие обязательства громадных и угрожающих раз-

меров.


Вскоре один из членов АА начал издавать журнал воинственного

направления, посвященный вопросам введения сухого закона. Он по-

лагал, что АА должно помочь сделать мир абсолютно сухим. Он рас-

крыл себя как члена АА и свободно использовал имя АА для борьбы

со злом, которое несет виски, с теми, кто его производит и теми,

кто его пьет. Он подчеркивал, что и сам является «просветителем» и

что род его просветительской деятельности является «правильным».

Что же касается вовлечения имени АА в общественную полемику, то

он считал, что именно там нам и полагается быть. Поэтому он уси-

ленно использовал имя АА как раз для этого. И конечно, он нарушал

свою анонимность, чтобы продвигать дорогое ему дело.


Затем последовало предложение от ассоциации производителей

спиртных напитков, кому-то из членов АА взяться за работу по

«просвещению». Надо было говорить людям, что слишком много

алкоголя - это вредно для каждого и, что определенным людям, ал-

коголикам, не следует пить совсем. Что это могло означать?


А то, что член АА должен был нарушить свою анонимность: лю-

бая публикация должна была содержать его полное имя с указани-

ем его членства в АА. Это, конечно, создало бы у общественности

определенное впечатление, что АА поддерживает «просвещение» в

рекламном стиле производителей спиртного.


Хотя оба этих случая далеко не зашли, тем не менее, их послед-

ствия могли стать катастрофическими. Они ясно говорили сами за

себя. Нанимаясь куда-то за плату и объявляя затем о своем членстве

в АА, в силах каждого нашего члена было бы тесно связать Содру-

жество практически с любым предприятием или спорами, и неважно

плохими или хорошим. Чем ценнее становилось имя АА, тем силь-

нее было бы искушение.


Дальнейшее доказательство этого не замедлило сказаться. Еще

одни наш член начал вовлекать нас в рекламный бизнес. Страховая

компания поручила ему прочитать по радио серию из двенадцати

лекций об АА. Это было бы конечно рекламой для страхования жиз-

ни, для АА и, естественно, для самого нашего друга - все в одной

красивой упаковке.


В Штаб-квартире АА мы ознакомились с предлагаемыми лекция-

ми. На 50% они были об АА и на 50% о личных религиозных убеж-

дениях нашего друга. Это могло создать у общественности ложное

представление о нас. Возникло бы религиозное предубеждение про-

тив АА. Мы выступили против этого.


Наш друг ответил пылким посланием, где говорил, что чувствует

«вдохновение» прочитать эти лекции и что мы не можем нарушать

его права на свободу слова. Даже если он и собирался получить го-

норар за свою работу, кроме блага АА он ничего не имел в виду. И

если мы не знаем, что для нас хорошо, то это наша беда! Мы вместе

с Советом Обслуживания АА можем убираться прямо к черту. Лек-

ции пойдут в эфир.


Вопрос оказался не из легких. Просто нарушив анонимность и,

таким образом, используя имя АА в своих собственных целях, наш

друг мог взять в свои руки наши отношения с общественностью,

причинить нам неприятности, связанные с религией, вовлечь нас в

рекламный бизнес, да еще и получить за все эти «добрые» дела при-

личные деньги от страховой компании.


Значило ли это, что всякий заблуждающийся член АА мог таким об-

разом в любое время и в любом месте поставить наше Содружество

под угрозу, просто нарушив анонимность и сказав себе, как много

хорошего он собирается для нас сделать? Мы представили себе, как

каждый рекламный агент, являясь членом АА, ищет себе заказчика,

чтобы тот, используя имя АА, продавал все, начиная от хрустящих

хлебцев и кончая фруктовым соком.


Надо было что-то делать. Мы написали нашему другу, что АА тоже

имеет право на свободу слова. Мы не станем выступать против него

публично, но мы можем дать и даем гарантию, что его заказчик по-

лучит несколько тысяч писем протеста от членов АА, если эта про-

грамма пойдет в эфир. Наш друг отказался от этой затеи.


Но плотина нашей анонимности продолжала давать течь за течью.

Члены АА начали вовлекать нас в вопросы политики. Они начали

разъяснять - и, конечно же, публично - комитетам законодательных

собраний штатов, в чем нуждается АА в области реабилитации, де-

нежных средств и просвещенного законодательства.


Таким образом, с полным именем, а часто и с фотографией неко-

торые из нас превратились в лоббистов. Находились и такие члены

АА, которые сидели на скамьях рядом с судьями и советовали, кому

из пьяниц по списку идти в АА, а кому в тюрьму.


Затем последовали осложнения с деньгами, тоже связанные с нару-

шением анонимности. К этому времени большинство членов почув-

ствовало, что нам надо прекратить публичный сбор средств на цели

АА. Но тем временем предприятие моей знакомой разрослось при

поддержке университета. Она испытывала абсолютно оправданную

и законную потребность в деньгах. И потребность была большой.

Будучи членом АА и заявляя об этом, она просила денег у обще-

ственности и прилагала определенные усилия в этом направлении,

что и сбивало с толку многих жертвователей. Они думали, что АА

занимается вопросами образования или, что АА занимается сбором

средств, в то время как этого не было, как не было и таких намере-

ний.


Получилось так, что имя АА было использовано для сбора пожерт-

вований в тот самый момент, когда мы старались объяснить людям,

что в деньгах со стороны АА не нуждается.


Видя, что происходит, моя знакомая, действительно чудесный член,

постаралась восстановить свою анонимность. Но из-за того, что она

уже стала так широко известна, сделать это оказалось весьма непро-

сто. На это ушли годы. Однако она принесла эту жертву, и здесь я

хочу выразить ей глубокую благодарность от имени всех нас.

Этот прецедент привел в действие самые разнообразные виды

ходатайств по сбору средств со стороны АА: деньги для ферм-

вытрезвителей, предприятий по Двенадцатому Шагу, клубов и пан-

сионов АА и т.п. В основном это начиналось с нарушения аноним-

ности.


После этого мы были потрясены, узнав, что оказались втянутыми в

узко партийные вопросы, на этот раз в интересах одного лица. Бал-

лотируясь на должность в государственном учреждении, один член

АА сдобрил свою политическую рекламу тем фактом, что он при-

надлежал к АА и в довершении был трезвым, исполняя обязанности

судьи! Поскольку АА было популярным в его штате, он решил, что

это поможет ему победить на выборах.


Возможно, лучший из этой серии рассказов тот, где имя АА ис-

пользовалось для поддержки иска о клевете. Член АА, имя и род

занятий которой известны на трех континентах, заполучила письмо,

которое по ее мнению наносило вред ее профессиональной репута-

ции. Она считала, что с этим нужно что-то делать. Так же думал и ее

адвокат, тоже член АА. Они полагали, что как общественность, так и

АА справедливо вознегодуют, если эти факты предать огласке. Сра-

зу несколько газет на первых полосах расписали, как АА защищает

женщину, своего члена, в деле о клевете. Полное имя ее, конечно,

было указано. Вскоре после этого известный радиообозреватель по-

вторил это перед 12 миллионами слушателей. Это еще раз доказало,

что имя АА могло использоваться в сугубо личных целях. На этот

раз в национальном масштабе.


Архивы АА хранят много случаев таких опытов с нарушенной ано-

нимностью. Большинство из них приводит к одним и тем же выво-

дам, из которых следует, что мы, алкоголики, - величайшие рацио-

нализаторы в мире; что под предлогом того, что мы делаем великие

дела для АА, мы можем через нарушение анонимности возобновить

нашу старую разрушительную погоню за личной властью, прести-

жем, общественным признанием и деньгами, то есть за исполнением

тех же самых неукротимых желаний, которые, будучи уже однажды

неудовлетворенными, послужили поводом для пьянства. Это те са-

мые силы, которые сегодня разрывают на части весь мир. Более того,

становится вполне очевидным, что известные нарушители аноним-

ности при их значительном числе способны когда-нибудь завести за

собой все наше Содружество в разрушительный тупик.


Поэтому, мы уверены, что если такие силы станут править в на-

шем Содружестве, то мы погибнем точно так же, как погибали дру-

гие сообщества в человеческой истории. Давайте же не будем ни на

минуту предполагать, что мы, выздоровевшие алкоголики, намного

лучше или сильнее других людей или что поскольку за 20 лет с АА

ничего не случилось, то ничего никогда и не может случиться.


Наша действительно большая надежда заключается в том, что наш

общий опыт как алкоголиков и как членов АА наконец-то показал

нам огромную мощь этих сил в деле саморазрушения. Эти тяжело

доставшиеся уроки - залог того, что мы готовы принести любую

личную жертву, необходимую для сохранения нашего драгоценного

Содружества. Вот почему мы рассматриваем анонимность на уров-

не отношений с широкой общественностью как основную защиту

от самих себя, хранительницу всех наших Традиций и величайший

символ самопожертвования.


Конечно, ни одному члену АА нет необходимости соблюдать ано-

нимность перед семьей, друзьями или соседями. Здесь открытость

обычно дело хорошее и правильное. Нет особой опасности и тогда,

когда мы выступаем на групповых или открытых собраниях АА, при

условии, что в прессе не будет указания фамилий.


Но если полные имена и фотографии появляются перед широкой

публикой в различных СМИ, то это уже на грани опасности. Имен-

но тут кроется главный спасательный люк, для страшных, разруши-

тельных сил, которые затаились во всех нас. Так вот крышка его мо-

жет и должна быть всегда закрыта.


Сейчас мы полностью осознаем, что стопроцентная личная ано-

нимность перед общественностью является столь же жизненно не-

обходимой для АА, как и стопроцентная трезвость для жизни каж-

дого члена.


Я говорю это со всей серьезностью; я говорю это потому, что знаю,

чем на самом деле является искушение славой и деньгами. Я гово-

рю это потому, что однажды сам был нарушителем анонимности. Я

благодарю Бога, что много лет назад голос опыта и призывы мудрых

друзей увели меня с опасного пути, по которому я бы мог повести

все наше Общество. Так я узнал, что временное или кажущееся хо-

рошее, часто может быть смертельным врагом постоянного лучше-

го. Когда речь идет о выживании АА, ничего, кроме нашего самого

лучшего не может быть достаточно хорошим.


Мы хотим сохранять 100-процентную анонимность по еще одной

важной причине, которая часто выпадает из поля зрения. Вместо

того чтобы принести нам больше известности, неоднократные нару-

шения анонимности, служащие личным целям, способны сильно по-

вредить прекрасным отношениям, которые сложились у нас сейчас

с прессой и общественностью. Мы можем прийти к негативному от-

ношению к нам прессы и недоверию со стороны общественности.


В течение многих лет средства массовой информации по всему

миру с энтузиазмом предавали гласности деятельность АА. Это был

нескончаемый поток, хотя ценность содержащихся в нем новостей

не всегда этого заслуживала. Редакторы объясняют нам причину

этого. Они предоставляют нам дополнительное время и газетные

площади потому, что испытывают полное доверие к АА. Основа-

нием для этого доверия, говорят они, является именно наша посто-

янная настойчивость в соблюдении личной анонимности на уровне

отношений с прессой.


Никогда ранее СМИ и специалисты по отношениям с обществен-

ностью не слышали об обществе, которое бы само полностью от-

казалось от рекламы своих лидеров и членов. Для них это странное

и ободряющее новшество всегда служило верным признаком того,

что АА стоит на верном пути, что другие точки зрения отсутствуют.


Это, говорят они нам, является основной причиной их ярко вы-

раженной доброжелательности. Вот почему они всегда продолжают

нести всему миру идею АА о выздоровлении.


Если бы мы посредством упущений в вопросах анонимности в

конце концов заставили прессу, общественность и предполагаемых

членов усомниться в наших мотивах, мы бы наверняка утратили это

бесценное достояние и вместе с ним бесчисленное множество но-

вых членов.


В течение длительного времени как доктор Боб, так и я делали все

возможное для сохранения и упрочения Традиции анонимности. Не-

задолго до смерти доктора Боба некоторые из его друзей предложи-

ли в память о нем и о его жене Энни возвести монумент или памят-

ник, что-то достойное основателя АА. Доктор Боб с благодарностью

отказался. Рассказывая мне потом об этом, он широко улыбнулся и

сказал: «Ради всего святого, Билл, почему мы с тобой не можем быть

похоронены как все другие люди?»


Летом прошлого года я посетил кладбище в Акроне, где покоятся

Боб и Энни. Простой камень на их могиле не говорил ни слова об

АА. Меня это тронуло до слез. Не слишком ли далеко зашла в сво-

ей анонимности эта чудесная пара, когда твердо отказалась исполь-

зовать слова «Анонимные Алкоголики» даже на своем могильном

камне?


Лично я так не думаю. Я полагаю, что этот величайший и заверша-

ющий пример скромности окажется намного более постоянной цен-

ностью для АА, чем любая громкая общественная известность или

прекрасный монумент. Нам не нужно ехать в Акрон, штат Огайо,

чтобы увидеть памятник доктору Бобу. Истинный монумент доктору

Бобу виден всему АА от края до края. Давайте еще раз посмотрим,

что на нем написано в действительности… Там всего лишь одно сло-

во, которое вписали мы, члены АА. И это слово - «Жертвенность».

12 Шагов АА

1. Мы признали свое бессилие перед алкоголем, признали, что мы

потеряли контроль над собой.


2. Пришли к убеждению, что только Сила более могущественная,

чем мы, может вернуть нам здравомыслие


3. Приняли решение препоручить нашу волю и нашу жизнь Богу, как

мы Его понимали.


4. Глубоко и бесстрашно оценили себя и свою жизнь с нравственной

точки зрения.


5. Признали перед Богом, собой и каким-либо другим человеком ис-

тинную природу наших заблуждений.


6. Полностью подготовили себя к тому, чтобы Бог избавил нас от

всех наших недостатков.


7. Смиренно просили Его исправить наши изъяны.


8. Составили список всех тех людей, кому мы причинили зло, и пре-

исполнились желанием загладить свою вину перед ними.


9. Лично возмещали причиненный этим людям ущерб, где только

возможно, кроме тех случаев, когда это могло повредить им или

кому-либо другому.


10. Продолжали самоанализ и, когда допускали ошибки, сразу при-

знавали это.


11. Стремились путем молитвы и размышления углубить соприкос-

новение с Богом, как мы понимали Его, молясь лишь о знании Его

воли, которую нам надлежит исполнить, и о даровании силы для это-

го.


12. Достигнув духовного пробуждения, к которому привели эти

шаги, мы старались донести смысл наших идей до других алкоголи-

ков и применять эти принципы во всех наших делах.